Город рядом с чернобылем как называется
Перейти к содержимому

Город рядом с чернобылем как называется

  • автор:

По соседству с Чернобылем: как живут возле зоны отчуждения

Власти Украины планируют превратить Чернобыльскую зону отчуждения в территорию возрождения. А населенные пункты вокруг нее все беднеют. Как живут местные жители через 35 лет после катастрофы на ЧАЭС — в репортаже DW.

https://p.dw.com/p/3sVRw

Асфальтированная дорога, кирпичные дома с заборами и уличное освещение. Может показаться, что это улица в заброшенной сельской глубинке. Но это не так. Это остатки городка Полесское на севере Киевской области Украины, который выселили после взрыва на Чернобыльской АЭС и который сейчас относится к зоне отчуждения.

Среди заброшенных зданий и зарослей живет самосел Виктор Лукьяненко. Пару лет назад умерла его жена, и теперь он хозяйничает сам. Вместе с ним живут собака, десяток котов и пчелы. Виктор Петрович родился и всю жизнь прожил здесь, в Полесском, работал в местной аптеке. Покидать свой дом после чернобыльской катастрофы отказался.

Забытое Полесское

«Вот это больница, это музыкальная школа, там дом культуры, кинотеатр, мебельная фабрика», — показывает на развалины пенсионер Виктор Лукьяненко. Он живет воспоминаниями и восторженно рассказывает о городе. «Здесь даже троллейбус планировали запустить. Нет здесь той радиации. Такой край погубили», — вздыхает он. В Полесском до катастрофы проживало 12 тысяч жителей. Десятки лет это был центр одноименного района.

От Полесского до Чернобыля около 60 километров. Однако в 1986-м здесь выпали осадки из радиокативно загрязненного облака. Как выяснилось уже позже, радиационная обстановка в Полесском мало чем отличалась от центральных районов зоны отчуждения. Однако из-за нехватки достоверной информации и четких указаний от высшего руководства в первые годы после катастрофы городок не выселили. Более того, после взрыва на ЧАЭС Полесское и близлежащие села первыми приняли жителей Припяти.

Когда радиоактивное пятно обнаружили, на Полесский район потратили мощные ресурсы для снижения радиации: несколько раз полностью снимали загрязненную почву и завозили новую, меняли заборы и мыли деревья, строили новые клубы, школы, асфальтировали улицы, перекрывали крыши. После того как постелили новый асфальт, рассказывает Лукьяненко, спохватились, что забыли о водопроводе: покрытие сорвали по всему городу, проложили водопровод и закатали снова.

Однако ситуацию это не спасло. После долгих споров о судьбе города в 1989 году вышло постановление об отселении Полесского, которое продолжалось еще годами. Отселения завершили только в 1999 году. Сейчас в Полесском базируется пожарная часть, лесное хозяйство, время от времени проводятся военные учения, а в глубине города живут несколько самоселов.

«Болели и болеют многие»

В доме Виктора Лукьяненко есть свет, мобильная связь, работает телевизор. По просьбе бывших соседей он ухаживает за могилами на кладбище, а также охраняет местную церковь. Основные проблемы пенсионера — засуха и лесные пожары. В прошлом году его дом чудом обошел огонь. Колодцы пересохли, и для работы пенсионер собирает дождевую воду, а за питьевой ездит в соседнюю Раговку. Это небольшое село, которое граничит с зоной отчуждения.

В отличие от Лукьяненко многие жители Раговки годами хотели отселения из села и больших чернобыльских льгот, однако их борьба бесполезна. По мнению местных жителей, уровень радиации здесь в 1980-х специально приуменьшили, мол, чтобы колхоз не терял на продаже элитного сорта картофеля. Позже стало известно, что эта территория тоже очень загрязнена.

Раньше здесь дважды в год проверяли уровень радиации у людей и на продуктах питания, рассказывает местная жительница, председательница Полесской общины Елена Гаращенко. «У людей, которые работали в лесу, которые употребляли дичь, ягоды, конечно, показатели замеров радиации были очень высокими», — вспоминает она, отмечая, что последний раз такие исследования делались в 2019 году. Приостановили их якобы из-за нехватки средств.

Между тем в районе болеть меньше не стали, утверждает собеседница DW. «Болели и болеют немало. Есть много людей, например мужчины 1974 года рождения, которые работали в колхозе «Прогресс» и умерли из-за онкологии», — рассказывает Гаращенко. И добавляет, что завышенные показатели радиации выявляли даже у ее малолетнего сына. «Муж тоже начал болеть, он работает в зоне отчуждения пожарным. И когда эти пожары случались несколько лет подряд, то гасил и на сегодня имеет проблемы с суставами», — продолжает она.

Бедность, пожары и мусор со всей Украины

После общения с местными жителями, складывается впечатление, что последствия радиоактивного загрязнения для Полесского региона — далеко не основная проблема. О них вспоминают вскользь. Отсутствие работы и бедность — вот основные вопросы, которые волнуют местных жителей. «Самый болезненный вопрос у нас сейчас — наполнение местного бюджета, так как учебные заведения я не могу содержать, средств не хватает вообще ни на что», — жалуется Елена Гаращенко.

Некогда процветающий регион теперь наполовину — в зоне отчуждения. После катастрофы отсюда выселили 30 сел и более 25 тысяч жителей. Ремонт социальных объектов в районах возле Чернобыля частично финансирует компания «Энергоатом», которая строит в зоне отчуждения Центральное хранилище отработанного ядерного топлива. Но никаких других налоговых поступлений ни от чернобыльских объектов, ни от туризма в местную казну не поступает, говорит глава Полесской общины.

Она жалуется, что здесь до сих пор не могут разобраться с границами территории Чернобыльского биосферного заповедника, который создали еще в 2016-м. В этом году в него внесли территорию реки Уж, где в течение тридцати лет рыбачили и отдыхали местные жители. Теперь им закрыли доступ к водоему.

С волнением здесь ожидают летней жары, вспоминая прошлогодние масштабные пожары в Чернобыльской зоне. «Уверена, что гореть будет. Потому что я вижу вокруг сухие деревья на обочинах. У нас есть зона отчуждения, а мы не знаем, как ее защитить от этих пожаров», — сетует председательница.

Из зоны отчуждения в зону возрождения

Между тем в украинском министерстве защиты окружающей среды и природных ресурсов заявляют о планах превратить зону отчуждения в зону возрождения. Развитие туризма, привлечение инвестиций, инновационный парк для ученых — такие амбициозные проекты для зоны озвучивают в правительстве.

Местные жители не слишком доверяют очередным обещаниям. Их больше волнует вопрос, не начнут ли свозить в зону отчуждения на полигон «Лелев» мусор со всей страны. По словам Гаращенко, в прошлом году такой эксперимент уже начинали. «Вижу по законам, которые принимают, и прогнозам, что якобы хотят сделать здесь снова хранилище для бытовых отходов. Поэтому я не верю, что будет возрождение», — скептична Елена Гаращенко.

Чернобыль: Туризм в зоне отчуждения

To view this video please enable JavaScript, and consider upgrading to a web browser that supports HTML5 video

Мёртвый город Припять. Репортаж из чернобыльской зоны отчуждения

От последствий чернобыльской аварии пострадали свыше 200 ­населённых пунктов. Многие из них исчезли навсегда.

Примерно так напутствуют здешние гиды въезжающих в чернобыльскую зону отчуждения (ЧЗО). Ни слова неправды в этих словах нет, но они приправлены иронией, граничащей с цинизмом. А ЧЗО можно обозначить коротким сленговым словом «сюр».

При жёсткой системе конт­роля въезда/выезда попасть сюда несложно даже ино­странцам. Нужно лишь выбрать туркомпанию в Киеве, внести пред­оплату и сообщить паспортные данные. Всё — онлайн. Списки на КПП подаются за несколько дней.

Вопрос-ответ

В 7.40 нас ждал «Мерседес Спринтер». Компания подобралась интернациональная: двое из Германии, по одному человеку из Франции, Норвегии и Украины.

Психологически сложные два часа дороги от Киева: ожидание неизвестного, фильм на английском об аварии на ЧАЭС, промозглая ноябрьская погода. Гид нас встречал на КПП «Дитятки». Тут же проверка паспортов.

ЧЗО поделена на две подзоны: 30-километровая буферная и 10-километровая — непосред­ственно вокруг АЭС.

— Сейчас на дозиметре 0,13 микрозиверта в час — это обычный фон для большинства мест на планете Земля, — авансом успокаивает гид Евгений Гончаренко, когда наш микроавтобус въезжает в зону. — Рядом с АЭС он выше. За полдня вы наберёте от 1,5 до 2 микрозивертов дозы облучения — сколько обычно дома за сутки.

Примерно так же вредны три часа полёта в самолёте, флюорография или МРТ. Потом уже, в Киеве, ликвидатор Сергей Мирный — командир взвода радиационной разведки, проработавший после аварии на ЧАЭС 35 дней, — скажет мне: «По сравнению с 1986 г. уровень радиации в зоне уменьшился в тысячу раз. Колоссальная победа!»

Люди, занимающиеся расчисткой кровли повреждённого реактора, одевают защитные костюмы.

Статья по теме

Добро пожаловать в Чернобыль

Залесье — когда-то одно из самых крупных сёл района. ДК с колоннами — нечасто встретишь в сельском клубе сталинский ампир. Но всё заросло, дома-развалюхи заброшены. Года два назад здесь умерла последняя бабушка. Одна из 2000 самосёлов, вернувшихся в зону после аварии. Сегодня их официально 136, средний возраст — 85 лет. Живут в основном в южной части зоны. И хотя сельское хозяйство, охота, рыбалка, сбор грибов и ягод в ЧЗО запрещены, занимаются огородничеством, разводят живность, ловят рыбу, гонят самогон. И, к слову, со здоровьем у них проблем меньше, чем у тех, кто уехал навсегда. Стресс от перемены места, оказалось, действует сильнее, чем нелегальное существование на заражённой территории. Устав бороться с самосёлами, администрация зоны просто закрыла на них глаза. Старики доживают свой век без местной прописки. На загрязнённой, но родной земле. Живут вольготно: иногда на всё село один — два человека, так у них участок под картош­ку, другой — под помидоры. При этом — ни цивилизации, ни дорог. Даже если остаются без электричества — не уезжают. Одной старушке гиды фонарик подарили — за много километров она ходила в Чернобыль заряжать его, а заодно — поесть.

Поездки в зону здесь называют не туризмом, а «ознакомлением общественности».

Сам Чернобыль — в 100 км по прямой от Киева, в 12 км — от АЭС. До аварии — райцентр с 13 тысячами жителей. Теперь — база ликвидаторов, работающих на хранилище радиоактивных отходов, ведущих радиологический мониторинг. Здесь же лесники, пожарные, полиция, служба безопасности, сантехники, электрики, дорожники. Год назад ставили новый безопасный конфайнмент над останками разрушенного 4-го энергоблока — тогда в Чернобыле трудились 4000 человек, сейчас, наверное, вполовину меньше. Работа вахтой: 15 суток через 15. Едут со всей Украины. Под общежития переделаны многоквартирные дома, под поликлинику — школа. Вход в столовую — через стойки радиационного контроля. Кормят, говорят, экологически чистыми продуктами. А вот жить здесь можно с большими ограничениями — очищены в основном места, где работают люди. Хотя наш гид безвылазно в Чернобыле уже 10 лет.

Вопрос-ответ

— В Киеве бываю только по делам, — объясняет Женя. — Здесь живу в общежитии. В зоне каждый использует то, что под руками. Я и сам за собой стал замечать: ходишь по территории — вдруг тумбочка: «О, классная!» Когда-то я вывез из Припяти телевизор и холодильник, но они уже вышли из строя. Сломался выключатель — идёшь с отвёрткой в ближайший заброшенный дом.

Для Жени это образ жизни. Но многие остаются в зоне от безысходности. Для жителей Славутича станция — единст­венный способ выжить. А когда шло строительство нового безопасного конфайнмента, народ собирали по сёлам. Платили немного, объясняя: другой-то работы всё равно нет. Большинство же тех, кто трудится в ЧЗО, приехали сюда совсем молодыми. Для них существования вне зоны нет.

— Профессиональная деформация: полжизни — в Киеве, другая половина — в Чернобыле, — делится Женя. — Мало кто выдерживает такой режим. И сделавших выбор в пользу Киева видно сразу. На КПП приехали — Zombie Мod включили — пошли работать. Общежитие — столовая. Никакого общения. Отработали — уехали…

C собой в эвакуацию разрешали взять лишь 1-2 пакета с вещами.

Проезжаем по улице Советской мимо монумента Ленину — наверное, последнего на Украине. Сворачиваем на Карла Либкнехта. Где-то рядом Интернациональная, Карла Марк­са… После аварии здесь мало что изменилось: появились лишь новые памятники и парк — непонятно для кого.

Гид зачитывает правила безопасности при нахождении в ЧЗО, мы ставим подписи: одежда должна максимально закрывать тело. Передвигаться только по разрешённым марш­рутам. Не заходить в заброшенные здания. Нель­зя провозить с собой оружие, алкоголь, наркотики; есть, пить и курить на открытом воздухе; дотрагиваться до растений, зданий и других конст­рукций; пить воду из речек; вывозить «сувениры». Ничего сверхъестественного, а всё равно жутковато. Радиоактивные частицы здесь везде. Но специальные защитные сред­ства необязательны.

Статья по теме

Где живёт лошадь Пржевальского

97 населённых пунктов пост­радали от последствий аварии на ЧАЭС только на Украине. Есть заброшенные сёла. Есть закопанные в траншеи — как Копачи, где остались совхозная контора, фермы и детсад, обожаемый фотографами: очень уж пронзительны на снимках пустые кроватки с расхристанными куклами. Трудно избавиться от ощущения, что это декорация для нового фильма об апокалипсисе.

— У меня телефон совсем разрядился! Это из-за радиации, да? — волнуется девушка из группы.

— Телефоны здесь постоянно ищут сеть, вот и разряжаются, — улыбается Женя.

Подбегают собаки, лижутся, просят еды. На остановках можно увидеть лис. Здешние рыжие красавицы обожают сникерсы и колбасу. Проезжаем мимо леса — там спокойно разгуливает семейство лошадей Пржевальского, которых завезли сюда в 1990-е. Сейчас их больше ста. Создаётся биосферный заповедник — с оленями, лосями, кабанами. Если повезёт, можно увидеть рысь. И даже медведя. Звери бегут сюда со всей Украины: людей мало, инфраструктуры много. Кони Пржевальского ночуют в коровниках, вечером лоси по мосту переходят реку Уж. Кстати, о зверях-мутантах. Единственный случай, когда волчица набросилась на человека, произошёл в 2009-м. Но она была бешеная.

Собаки и даже лисы здесь давно привыкли попрошайничать. Но слухи о зверях-мутантах всё же из разряда небылиц.

Страшнее пожары — с дымом разносятся радиоактивные частицы. В прошлом году коллеги из японской NHK здорово перепугались, увидев горящий «рыжий» лес. В 1986-м все сосны погибли, целый год стоял коричневый сухо­стой. Его вырезали, закопали в траншеи, засадили новый лес. А название осталось…

Вопрос-ответ

Дальше по курсу — Припять. Когда-то молодой, цветущий город-спутник, не доживший до совершеннолетия. Теперь — брошенный, мёрт­вый. Многоэтажки с гербом СССР. Стадион, заросший лесом. Универсам — склад мебели с выбитыми окнами-витринами. ДК «Энергетик» с портретами руководителей. В детсаду — «Экран соцсоревнования между ясельными группами». В милиции — карточки на задержанных: «Бесцельно шатался по общежитию № 17, чем оскорблял человеческое достоинство». Своё ли, чужое… Уже не важно.

Как немой укор — колесо обозрения. Аттракцион планировали запустить в майские праздники. Но 26 апреля 1986 г. навсегда разделило жизнь горожан на «до» и «после». Ещё лет 15 здесь работали лаборатории, АТС для внутренней связи, милиция, пожарные. И даже сегодня в Припяти обслуживаются три объекта. Насосная станция подаёт на ЧАЭС пить­евую воду из скважины, машины из спецгаража вывозят радиоактивные отходы, а в прачечной стирают одежду работников зоны. «Сейчас на канализационном люке дозиметр показал 53 микрозиверта в час, — сообщает Женя. — А 1-2 мая 1986 г. в Киеве уровень доходил до 400».

Колесо обозрения в Припяти должны были запустить в майские праздники 1986-го.

Вокруг Припяти — траншеи с захоронениями раскатанных бульдозером машин. Их забирать запретили, люди могли вывезти лишь один-два больших пакета с вещами. Всё заражённое отправляли в пункт утилизации. Некоторые бывшие жители приезжают сюда со слезами: вон мои окна. Другие боятся даже приближаться к ЧЗО. Но есть и те, кто заявляет: «Что тут смотреть? Взять и всё снести!» Хотя, может, это защитная реакция?

Статья по теме

— Раз в год припятчанам разрешают побывать на кладбище, — рассказывают нам. — Правда, в этой части Украины на погосте принято крепко выпивать. Потом вылавливают по зоне «праздношатающихся».

На пути к АЭС два недостроенных энергоблока — их бросили после аварии вместе с башенными кранами. Допуск на ЧАЭС — у ограниченного числа сотрудников. Вблизи 4-го энергоблока съёмка разрешена в одном месте. «Новое укрытие выглядит не так зрелищно, — сетуют гиды. — Просто ангар из нержавейки». На деле — герметичная крышка для площадки демонтажа, который планируют проводить следующие 100 (!) лет. Процесс вывода АЭС из эксплуатации рассчитан до 2065 года.

Новый саркофаг над разрушенным энергоблоком ЧАЭС достроили только в 2016 г.

Зона притяжения

Что же дальше? Есть ли будущее у ЧЗО? У Припяти?

— Основная проблема — загрязнение трансурановыми радионуклидами. Они в отличие от цезия-137 и стронция-90 имеют очень длинную цепочку распада, — говорит Женя. — Если для 30-километровой зоны нужно 200 лет, чтобы всё распалось до безопасного минимума, то 10-километровая останется зоной отчуждения навсегда. Если не чистить. А чистить нереально из-за её размеров.

Поэтому здесь приняли решение уст­роить индустриальную зону — уже начато строительство хранилища для отработанного ядерного топлива, куда перевезут и останки 4-го энергоблока ЧАЭС. «Это чёрная дыра в бюджете Украины: прибыли никакой, но денег будет требовать всегда!»

Люди, вернувшиеся жить в зону отчуждения недалеко от Гомеля.

Статья по теме

Поначалу в ЧЗО ездили официальные делегации, специалисты. Потом заинтересовались обычные люди. В зоне уже побывали более 300 тысяч человек со всего мира. Две трети из них до 2014 г. составляли русские. «К сожалению, многие не знают элементарного: взял что-то радиоактивное — руки помой».

После Чернобыля Япония построила в Белоруссии (граница с ней — в 6 км от Припяти) детские центры по диагностике рака щитовидной железы. Привезли эффективную методику, обучили персонал. А через 25 лет случилась авария на Фукусиме, и японцы приехали перенимать опыт в… Белоруссию.

Властям предлагают придать Припяти статус города-музея, чтобы его хотя бы не добивали. Ведь, если б сразу все сделали по уму, он не был бы так выпотрошен. Окна-то в домах не ветром повыбивало. Хотя идея сровнять город с землёй ещё теплится в некоторых головах.

Припять

— Это одна из самых масш­табных техногенных катаст­роф в истории человечест­ва, Припять — как музей советской эпохи — для многих стала частью жизни, — 44-летний гид Женя помнит, как после аварии по Киеву шли БТРы, а небо рассекали военные вертолёты. — Приятель, родившийся рядом с ЧЗО, всё детство рисовал дядек в противогазах и роботов. Теперь без работы здесь жизни не представляет.

— В ЧЗО нужно возить и студентов-экологов, и будущих строителей, — считает участник ликвидации последствий аварии на ЧАЭС писатель Сергей Мирный. — Нужно думать, как законсервировать здания, максимально не нарушив их аутентичности. Грамотно проложить туристские тропы, обеспечить безопасность.

Аргояшский район Челябинской области. Заключенные на работах в совхозе имени Чапаева. Автор - крайний справа.

Статья по теме

Одна из проблем ЧЗО — «сталкеры». Периметр большой, «дырки в заборе» всегда найдутся. Вот и во время нашего визита они разгуливали по крыше многоэтажки в Припяти. Штраф в пересчёте на рубли — меньше 900. Их ловят — они возвращаются. Для нелегалов это зона притяжения.

— Там чудесная природа, свежий воздух, и я не иронизирую, — говорит Сергей Мирный. — Мы предлагаем полёты над ЧЗО на самолёте. Пробиваем тур из Киева по воде — на «Ракете». За исключением зоны вблизи АЭС — здесь самое экологически чистое место на Украине.

Как попасть в Чернобыль и Припять?

Мини-сериал «Чернобыль» всколыхнул мир: миллионы людей из разных стран посмотрели киноработу о страшнейшей техногенной катастрофе. Кто-то восторгается игрой актеров, кто-то критикует создателей за неполное отображение фактов, но однозначно одно: тема Чернобыльской аварии поднялась на пик обсуждаемости.

Конечно, смотреть сериал «Чернобыль» и знакомиться с городом лично – это процессы, которые приносят разные впечатления. Если вы из тех, кто давно хочет попасть на экскурсию в Зону отчуждения, – читайте дальше. Есть несколько способов, как попасть в Чернобыль.

ТЕРРИТОРИЯ ЗОНЫ ОТЧУЖДЕНИЯ

Для начала выучим «матчасть». Зона отчуждения ЧАЭС – это загрязненная после аварии территория, закрытая для свободного доступа.Зона отчуждения делится на три территории: Особую зону (промплощадка ЧАЭС), а также 10-километровую и 30-километровую зоны. Именно в рамках этих территорий и расположены города Чернобыль и Припять, а также другие населенные пункты.

Много кто не знает, в чем разница между Чернобылем и Припятью. Припять – это город-спутник Чернобыльской АЭС, расположенный примерно в 3 километрах от станции. Однако, на момент открытия станции Припять еще не построили. Потому АЭС назвали в честь ближайшего крупного города – Чернобыля, который находится в примерно в 10 километрах от станции. Так название города вошло в историю как символ трагедии.

Сейчас в Чернобыле живет более 1000 человек – это сотрудники (вахтовики) учреждений и предприятий Зоны, а также самоселы. Город Припять – полностью заброшен.

КАК ПОПАСТЬ В ЧЕРНОБЫЛЬ?

Легальный и безопасный способ попасть в Чернобыль – воспользоваться услугами профессиональных турагентств. Специалисты помогут получить допуск в Зону отчуждения. Вам может показаться, что это будет шаблонная экскурсия с вождением за руку. Как бы не так! Именно законная экскурсия в Чернобыль позволит посмотреть самые интересные объекты Зоны без риска для вашего здоровья.

Легальные туристы с легкостью попадут в Чернобыль и Припять, увидят радиолокационную станцию и АЭС. Обычно маршрут на экскурсию в Зону отчуждения стартует из Киева. Поэтому, если вам сначала нужно добраться в столицу Украины – профессионалы организуют поездку.

МОЖНО ЛИ ПОПАСТЬ В ЧЕРНОБЫЛЬ САМОСТОЯТЕЛЬНО?

Поездка в Чернобыль самостоятельно – процесс реальный, хоть и трудоемкий. Он состоит из двух задач, которые ложатся на плечи туриста: как добраться в Чернобыль и как получить пропуск в Зону отчуждения. Начнем с самой поездки.

Путь в Чернобыль начнется из Киева, ехать удобнее всего на автомобиле. Расстояние между Киевом и Чернобылем по дороге – около 150 километров. Ехать нужно через Вышгород, Дымер – в Иванково. Там заворачиваем в сторону Чернобыля, все по указателю. Далее дорога будет напрямую вести вас в Зону. Подъезжайте к первому КПП «Дитятки», тут станет вопрос о наличии пропуска.

Бесплатно и легально получить допуск в Чернобыльскую Зону можно 26 апреля и 9 мая. Ежегодно руководство разрешает въехать в Зону на так называемые поминальные дни. Для того, чтобы бывшие жители и их семьи могли съездить на могилы родственников.

Также, добраться к Зоне можно на электричках из Славутича, но это менее популярный вариант. Его иногда используют фотографы, чтобы поснимать местные ландшафты прямо из окна вагона, не выходя из электрички. То есть, полноценной экскурсией в Чернобыль это не назовешь.

НЕЛЕГАЛЬНЫЙ ПОХОД В ЗОНУ ОТЧУЖДЕНИЯ. КАКОВЫ ПОСЛЕДСТВИЯ?

Можно ли въехать в Зону отчуждения нелегально? Можно, но сложно и неудобно. Территория усиленно охраняется правоохранителями и пограничниками. Патрули регулярно осматривают Зону, а также устраивают засады. Это связано в первую очередь с мародерами, которые вывозят радиоактивный металл для продажи.

Попасть в Чернобыль нелегально, фактически невозможно. Город населен сотрудниками предприятий и учреждений Зоны. Незаконные туристы могут рассчитывать разве что на прогулку по полностью заброшенной Припяти и другим населенным пунктам.

Однако, нужно понимать, что за такие действия следует ответственность перед законом, а также перед самим собой, – такие поездки могут быть опасными для здоровья.

ЧТО НУЖНО ЗНАТЬ ПРИ ПОСЕЩЕНИИ ЧЕРНОБЫЛЯ И ПРИПЯТИ

Подведем итоги. Надеемся, вы выбрали для себя легальный и безопасный способ посещения Зоны. Итак, вам понадобится паспорт, а также пропуск. Все посетители 30-километровой зоны должны оформить документы на въезд. На выезде группы проходят радиометрический контроль.

Со всеми разрешительными документами вам поможет профессиональный гид, который также проведет безопасную экскурсию по самым интересным местам Зоны – цены на туры Чернобыль можно посмотреть здесь.

Забронировать тур

Вы можете задать нам вопрос или оставить комментарий и менеджер КИЙ АВИА свяжется с вами в ближайшее время.

Город, которого нет. Что происходит в Чернобыле и как здесь живут самоселы

– Из этого кипящего котла появился типичный полещук, – рассказывает сопровождающий Андрей Панасенко. – У полещуков огромная тяга к жизни. Они всегда на позитиве. Сильная привязанность к своей земле – одна из главных причин, по которой в Чернобыльскую зону возвращались самоселы.

В представлении многих Чернобыль – это и есть атомная станция. В действительности – городок с многовековой историей, в 30 километрах от ЧАЭС.

После Всеукраинской переписи в 2001 году Чернобыль, как и Припять, отнесли к «городам без населения». Этот странный статус бывшего райцентра своим малоприметным существованием оспаривают 68 человек, когда-то вернувшихся домой после эвакуации.

В 1988 году во всей зоне отчуждения было 1245 самоселов. В 2001-м – 487. Сегодня всего 100, и больше половины из них живут именно в Чернобыле. Эти люди – словно последние духи, хранящие тайны Полесья.

Чернобыль в 21 веке превратился в город-общежитие, куда на четырехдневную или двухнедельную вахту едут около 2 700 работников зоны.

Здесь есть клуб, несколько магазинчиков, пара столовых, две гостиницы, кафе, банкоматы, больница, «скорая», полиция, СБУ и МЧС. Здесь хорошие дороги и нет светофоров.

В чем секрет долгожителей зоны отчуждения? Как выглядят дома, отданные человеком природе? Есть ли в городе дикие животные? И что держит в зоне ее редких обитателей? Репортаж УП из Чернобыля.

Ленин и Алена

Накануне 35-й годовщины аварии на ЧАЭС маляр-штукатур Алена Мила наводит марафет в чернобыльском доме культуры.

На значимость одноэтажного здания на пересечении улиц Советская и Карла Маркса указывают только двускатная крыша над входом и четыре колонны в неубедительном псевдоантичном стиле.

В зоне отчуждения каждые пять лет перекладывают дороги. Говорят, что так нужно по технике безопасности

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *