Какая природная зона занимает большие площади кольского полуострова
Перейти к содержимому

Какая природная зона занимает большие площади кольского полуострова

  • автор:

Всероссийское общество охраны природы
География Мурманской области

Мурманская область занимает Кольский полуостров и прилегающие участки материка. Мурманская область граничит на юге с Республикой Карелией, на юго-западе и западе – с Финляндией.

Мурманская область омывается Баренцевым и Белым морями. Мурманская область занимает Кольский полуостров. Северный берег полуострова высокий, обрывистый, южный – низменный, пологий.

В западной части полуострова горные массивы: Хибины ( высшая точка полуострова – г. Часначорр – 1191 м). Главные реки: Поной, Варзуга, Умба, Нива, Тулома.

На территории области находится большое количество озер (Имандра, Умбозеро, Ловоозеро).

Климат Мурманской области относительно мягкий (влияние ветви теплого Атлантического течения):
средняя температура января – от – 8 градусов (на севере ) до -13 градусов ( в центре области), средняя температура июля – от +8 до +14 градусов.

На территории области распространены подзолистые и болотные почвы.

Растительность – на севере – мохово-лишайниковая тундра, южнее – лесотундра и тайга, главным образом из сосны, ели и березы.

Природные зоны

Территория Мурманской области лежит в пределах двух природных зон – тундры и лесов умеренного пояса. На границе между ними – лесотундра.

Тундра занимает северное побережье области, примерно 20% территории края. С северо-запада на юго-восток она идёт полосой 20-30 км, постепенно расширяясь.

Основную площадь занимают леса умеренного пояса. В основном они редкостойные, невысокие. Встречаются сосновые, еловые, берёзовые и смешанные леса. Среди кустарников много ягодных, в лесах – обилие грибов (подосиновики, подберёзовики, волнушки, сыроежки), немало в лесах и лекарственных растений.

В горных массивах растительность меняется от пояса сосновых, еловых и берёзовых лесов до «каменных пустынь» на вершинах гор. Здесь встречаются 422 вида растений, в том числе 5, занесённых в Красную книгу России.

Тундра

Тундра покрыта мхами и лишайниками, их здесь много и нередко они образуют сплошной покров на огромных пространствах. Как мхи, так и лишайники прекрасно переносят суровые условия тундры. Эти низкорослые, неприхотливые растения могут зимовать под защитой даже тонкого снегового покрова, а иногда и вовсе без него.

Почвенный слой как источник воды и питательных веществ для мхов и лишайников почти не нужен – они получают все необходимое в основном из атмосферы. У них нет настоящих корней, а развиваются только тонкие нитевидные отростки, основное назначение которых – прикреплять растения к почве. Наконец, мхи и лишайники благодаря своей низкорослости наилучшим образом используют летом приземный, наиболее тёплый слой воздуха.

Основную массу цветковых растений тундры составляют кустарники, кустарнички и многолетние травы. Кустарнички отличаются от кустарников только меньшими размерами – они по высоте почти такие же, как небольшие травы. Но, тем не менее, ветви их одревесневают, покрываются снаружи тонким слоем защитной пробковой ткани и несут на себе зимующие почки.

Нередко бывает, что кустарники и кустарнички располагаются в толще мощного мохово-лишайникового покрова, почти не поднимаясь над ним. Некоторые из них – вечнозелёные (водяника, брусника, багульник), другие сбрасывают листья на зиму (различные ивы, карликовая берёзка, голубика). Типичные кустарники тундры – карликовая берёзка и полярная ива, каждый листочек которой покрыт, словно мхом, белыми волосками.

Стволики представителей древесной растительности имеют стелющуюся форму, как бы жмутся к земле, так как почва лучше согревается, чем воздух. Из-за суровых условий жизни тундровые растения растут очень медленно. Лишайники, например, нарастают всего на 1-3 мм в год. У полярной ивы побеги удлиняются на 1-5 мм и дают 2-3 листа.

Яркие цветы летом покрывают тундру разноцветным ковром. За короткий срок не всегда успевают поспеть ягоды черники, голубики, морошки, мелкоплодной клюквы. Не успевают вызреть семена и других растений, поэтому в тундре почти нет однолетних растений. Захваченные морозом во время цветения или при завязывании плодов, они прерывают развитие, а весной продолжают цвести или на них развиваются плоды, вызревают семена.

В тундре испаряется больше воды с поверхности растений, чем поглощается корнями. Поэтому растения приспособлены к уменьшению влаги: у них мелкие листья, испаряющая поверхность невелика, нижняя часть листьев нередко покрыта густым опушением. У некоторых растений края листьев завертываются вниз, и сам лист имеет вид не полностью замкнутой трубки. Устьица, расположенные на нижней стороне такого листа, оказываются внутри трубки, что также ведёт к уменьшению испарения. Приспособления, направленные к сокращению потери воды, имеют важное значение для тундровых растений. Летом холодная почва тундры сильно затрудняет поглощение воды корнями растений, в то время, как надземные органы, располагающиеся в тёплом приземном слое воздуха, имеют все условия для энергичного испарения.

Еще одно интересное приспособление растений к жизни в тундре – образование плотных «подушек» у некоторых травянистых растений. Подушки камнеломок настолько плотны, что издали напоминают затянутые мхом камни или дернины мхов. Подушкообразный рост имеет преимущество – он позволяет растению иметь очень маленькую поверхность и тем самым резко уменьшить поверхностное испарение. Подушковидная форма выгодна растениям еще и тем, что в подушках надежно укрыты старыми отмершими и живыми зимующими листьями точки роста растений. В целом внутри подушки температурный режим более благоприятный.

Лесная зона

Кольский полуостров – единственный из районов нашей страны, где тайга шагнула за Полярный круг. Правда, тайга у нас не отличается разнообразием древесных пород, высокой продуктивностью насаждений. Леса на Мурмане преимущественно редкостойные, породный состав их не богат: сосна, ель, берёза.

Благодаря отсутствию в Мурманской области сплошных зон вечной мерзлоты на Кольском полуострове произрастают леса – самые северные в мире.

Сосняки Мурманской области образованы северной формой сосны обыкновенной, которую иногда выделяют в особый вид – сосну Фриза, или лапландскую. По сравнению со среднерусской сосной она имеет относительно короткие иглы, но их в 2-2,5 раза больше. Жизнь хвои намного продолжительнее, чем у южных сосен: не 2-3 года, а 4-6 и даже 7 лет. Сосна может расти на самых разных почвах и в крайне различающихся условиях увлажнения.

Еловые леса образованы двумя видами елей: сибирской и финской, высота которых достигает 20-30 м. Еловые леса занимают участки с относительно богатыми почвами и благоприятным режимом увлажнения. Крона деревьев узкая, просвечивающая, что свидетельствует о взаимном охлестывании крон при сильных ветрах, когда происходит опадение мелких ветвей и хвои. Еловые леса составляют примерно 30% от общей площади лесов области. Лесообразующей породой является и берёза.

Ельники сосредоточены в основном на востоке и севере области, а сосняки – на западе и юге. В целом леса области характеризуются редкостойностью, повышенной ролью мохового и травяно-кустарничкового ярусов.

Леса не образуют сплошных массивов на больших площадях и сильно расчленены болотами, озёрами и каменистыми россыпями. Характерной особенностью является редкий древостой, способствующий развитию подроста. В зоне действия сильных ветров деревья отличаются низкорослостью. Средняя высота елей и сосен 12-15 м, берёзы – еще меньше. Стволы берёз сильно искривлены, кронам елей ветер придает флаговую форму. Частое явление – образование густых ветвей в приземной части ствола.

На территории области выделяются северотаёжные и притундровые леса. Северотаёжные леса имеют характерные черты, отличающие их от других таежных лесов:

  1. С продвижением на юг древостой становится не только более высоким и густым, но и более «чистым». Если на севере в подлеске широко представлены три породы (ель, сосна, берёза), то на юге характерны или сосновые, или еловые леса.
  2. Хвойные леса являются основной частью растительного покрова региона, занимая большую часть его площади и определяя облик; 3) в подлеске чаще всего встречается рябина.

В лесах области много ягод, грибов (подосиновики, подберёзовики, волнушки, сыроежки), немало и лекарственных растений.

Природе нужна Ваша помощь!
Тысячи людей уже помогли и продолжают помогать.

Вы хотите постоянно помогать нам в нелегком деле охраны окружающей среды? Станьте членом Всероссийского общества охраны природы.

Звоните:
(8152) 44-48-54

Какая природная зона занимает большие площади кольского полуострова

1. Географическое положение.

2. Геологическое строение и рельеф.

3. Климат и воды.

4. Почвенно-растительный покров и животный мир.

Географическое положение

Кольский полуостров и Карелия расположены на северо-западе России и представляют собой восточную окраину физико-географической страны – Фенноскандии. На севере и востоке страна омывается Баренцевым и Белым морями. Затем граница проходит от Онежской губы, западнее реки Онеги к южной окраине Онежского и Ладожского озер и выходят к Финскому заливу. Эта граница отделяет Фенноскандию от Русской равнины. Западная граница Балтийского кристаллического щита не является природным рубежом, а совпадает с государственной границей с Финляндией. С севера на ют территория протянулась на 10˚ от 70˚ с.ш. (полуостров Рыбачий) до 60˚ с.ш., что составляет более 1000 км. С запада на восток территория протягивается примерно на 500 км. Кольский полуостров и Карелия лежат в пределах Балтийского щита, поэтому относятся к древнейшей части Евразии, но природа региона довольно молода, так как здесь был цент оледенения. Климат благодаря теплому Нордкапскому течению сравнительно мягкий, много озер и рек, леса преимущественно сосновые, часто заболоченные; на севере тундра и лесотундра. Все эти специфические черты природы дают основание выделять данный регион в самостоятельную физико-географическую страну.

Геологическое строение и рельеф

Орография страны довольно проста. Наибольшие высоты на западе Кольского полуострова, где находятся низкогорные массивы с плоскими вершинами до 900-1000 м. Это горы Хибины (г. Часначорр – 1190м). На востоке полуострова рельеф волнистый с высотами 150-250 м, среди волнистых равнин возвышается гряда Кейвы (почти 400м). Карелия имеет более пересеченный рельеф со средними высотами 150-200 м. Наибольшие высоты здесь приурочены к возвышенности Манселькя, вытянутой вдоль государственной границы с Финляндией. Геологическую основу страны слагают толщи архея и протерозоя (Балтийский щит). Это граниты, гнейсы, кварциты, кристаллические сланцы, мрамор, песчаники. Эта территория подвергалась денудационным и тектоническим процессам. В результате сформировался денудационно-тектонический и денудационный рельеф, представленный плосковершинными горными массивами, холмогорьями, невысокими грядами, плато, низкими цокольными равнинами. В четвертичное время территория подвергалась преобразовательной деятельностью ледника. После ледника поверхность страны медленно поднимается. В целом Кольский полуостров представляет собой горст, ограниченный со всех сторон линиями сбросов. Кроме сбросов на территории прослеживаются и разломы. Разломы привели к развитию отрицательных форм рельефа, развитых речных долин, озерных котловин, грабена Кандалакшского залива, тектонических депрессий Ладожского и Онежского озер и других озер. К разломам приурочены долины рек Колы, Поной, Стрельны и др. В четвертичное время Балтийский щит являлся центром оледенения, и территория этой страны была подвержена активной экзарации. Движение ледника в основном совпадало с направлением тектонических структур. Широко распространены бараньи лбы, курчавые скалы. Ледником созданы фьорды на северо-западе Кольского полуострова. Ледниковая аккумуляция играет здесь малую роль. Морена маломощна и не имеет сплошного распространения. Есть друмлины, достигающие в длину 1 км, при ширине 100-150 м и высоте до 25 м. Местами залегают моренные гряды, озы, зандровые поля. Русла рек извилисты и порожисты, часто с водопадами (например, на реке Суне – водопад Кивач). Регион богат апатитами, медно-никелевыми рудами, железными, алюминиевыми, строительным камнем – гранит, мрамор и др.

Климат и воды

На климат этой страны отепляющие влияние оказывают Атлантика и Нордкапское течение, но так же сказывается влияние арктических воздушных масс и дефицит солнечной радиации. Зимой на Кольском полуострове устанавливается полярная ночь (в Мурманске 36 суток в Кандалакше – 8 суток). В Карелии день очень короткий. Однако благодаря циклонической деятельности зима здесь довольно мягкая, часто, особенно на побережье бывают оттепели. Средние температуры зимой -8˚C -12˚C, но абсолютный минимум в отдельных пунктах ниже -50˚C. Характерна относительно высокая влажность, пасмурная погода и частые снегопады. К концу зимы мощность снежного покрова 50-70 см (в горах до 1 м). Снег лежит до середины – конца мая. Летом на Кольском полуострове полярный день (в Мурманске – более месяца). В Карелии летом белые ночи. Средние температуры летом от +8˚C на севере Кольского полуострова, до +16˚C на юге Карелии. Много дождливых дней. Абсолютный максимум на Кольском полуострове +30˚C, а в Карелии до + 35˚C. Осадков выпадает за год 500-700 мм (в горах до 1000мм), k>1. Север Кольского полуострова лежит в субарктическом поясе, остальная территория в умеренном. При этом климат имеет черты морского.

Страна богата поверхностными водами. Озер насчитывается более 170 тысяч. Здесь находятся крупнейшее озера Европы – Ладожское (почти 18 тыс. кв. км), Онежское (10 тыс. кв. км ), а так же более мелкие: Топозеро, Имандра, Сегозеро, Пяозеро, Выгозеро, Ловозеро и др. Заозерность территории почти 10%. Озера тектонического, ледниково-тектонического и ледникового происхождения. Озера связаны между собой короткими и порожистыми реками. Рек насчитывается около 40 тыс. Наиболее крупные: Поной (410 км), в Карелии – река Суна (280 км), река Кемь и др. Питание рек смешанное, при ведущей роли снегового (до 45%), на дождевое питание приходится около 35%, а на грунтовые – 20 %. Около 30% территории страны заняты болотами, особенно их много в Карелии. Реки богаты гидроэнергией, на многих из них построены ГЭС. Озера богаты рыбой. На крупных озерах развито судоходство. Транспортное значение имеет Беломорско-Балтийский канал (Онежское озеро – Выгозеро – Онежская губа – Белое море).

Почвенно-растительный покров и животный мир

Почвенный покров сравнительно молод. Почвы формируются на каменисто-щебнистом и песчаном грунте. Литогенная основа обеспечивает господство сосновых лесов. На выступах коренных пород и крутых склонах почвы отсутствуют. Почвы сильно переувлажнены, хорошо развит торфянистый горизонт. Режим почв промывной. Господствующими почвами здесь являются различные подзолы, которые имеют сильнокислую реакцию. Распространены так же торфяно-подзолистые, торфяно-глеевые и торфяно-болотные почвы. На крайнем севере – тундрово-глеевые почвы.

В растительном покрове преобладают леса. Они покрывают около 70% Карелии и почти 30% Кольского полуострова. Преобладают сосновые леса: боры-беломошники, на болотах сфагновые боры, на более лучших почвах боры-зеленомошники с черничниками и кисличниками. Местами к сосне примешивается ель. На юге Карелии она становится доминирующей. На Кольском полуострове редкостойные еловые леса. В целом ельники покрывают до 30% территории страны. 10% приходится на лиственные породы. На юге Карелии они становятся доминирующими. На юге Карелии это липа, клен, береза, осина, ольха. Мелколиственные породы распространены до районов заполярья. В лесотундре Кольского полуострове господствуют березовые редколесья. В травянистом покрове лесов, кроме кислицы и черники, произрастают багульник, голубика, морошка, грушанки, седмичник, на юге звездчатка, фиалка, медуница и др. На побережье Кольского полуострова господствует тундровая растительность: мхи и лишайники покрывают до 25-50% поверхности. Характерны так же вороника, брусника, толокнянка, морошка, карликовая береза и сизая ива. На болотах – типичная болотная растительность. В горах Кольского полуострова присутствуют высотная поясность. До 300-500 м растут сосново-елово-березовые леса, а выше лесотундры и тундры. Вершины гор заняты каменными россыпями.

На базе лесных ресурсов в регионе развита лесная промышленность. Многие сосновые леса теперь стали вторичными (лесопосадки). Сельскохозяйственные угодья занимают около 1%, а площадь пашни 0,5%, На Кольском полуострове развито оленеводство.

Животный мир типично таежный, на севере – тундровый. Здесь обитают лось, северный олень, бурый медведь, волк, лисица, норка, куница, росомаха, горностай, ласка, белка, заяц-беляк, глухарь, рябчик, тундровая куропатка, летом много водоплавающих птиц. В озерах и реках обитают сиг, щука, лещ, окунь, налим, плотва, ерш, форель и др.

На территории Кольского полуострова и Карелии создано 6 государственных заповедников (Лапландский, Кивач и др.) и 2 национальных парка.

Какая природная зона занимает большие площади кольского полуострова

Кольский полуостров расположен на крайнем северо-западе Европейской части СССР и составляет большую часть Мурманской области (в этом разделе приводятся только самые необходимые туристам общие сведения о Кольском полуострове, так как его природным условиям, населению, экономике и истории посвящена обширная литература).

Рельеф. Кольский полуостров находится на северо-восточной оконечности Балтийского кристаллического щита, сложенного в основном древнейшими кристаллическими изверженными породами: гранитами, гнейсами, диабазами. Основные особенности рельефа Кольского полуострова обусловлены .многочисленными разломами и трещинами кристаллического щита. Рельеф полуострова носит также следы мощного воздействия ледников, сгладивших вершины гор и оставивших большое количество валунов и моренных отложений.

По характеру рельефа Мурманскую область можно разделить на два района: Западный и Восточный. Принято считать, что граница этих районов проходит через долину реки Воронья, Ловозеро, Умбозеро и долину реки Умбы. Рельеф Западной части более сложен, чем Восточной. Через Западную часть проходит глубокая меридиональная впадина, занятая долинами рек Кола, Нива и озером Имандра.

На севере Западного района высокое плато (до 250 м) круто обрывается в сторону Баренцева моря, образуя скалистые берега высотой до 100 м, изрезанные заливами — фиордами.

К юго-западу от Мурманского прибрежного плоскогорья лежит широкая Туломо-Нотозерская впадина, в которой находятся бассейны рек Лотта, Тулома и Нотозера.

Южнее Туломо-Нотозерской впадины — Центральный горный район, расположенный между государственной границей СССР и Ловозером. Долины рек и озера расчленяют этот хребет на отдельные массивы — тундры (на Кольском полуострове тундрами называют не только обширные безлесные пространства тундровой поясной зоны, но и безлесные горные массивы). Здесь выделяются своей высотой Рослин, Туадаш, Сальные, Чуна, Монче, Волчьи, Хибинские и Ловозерские тундры.

К югу от горного района лежит Южная озерная низина, простирающаяся от границы с Финляндией до среднего течения Умбы. Эта просторная низина занята обширными болотами и многочисленными озерами. Здесь встречаются и возвышенности высотой до 500 м.

На северо-западе низина ограничена тундрами— Корва, Вува, Лива, Заячья и Нявка, на юго-западе—высотами Риколатва и Келесуайв. С юго-запада низину замыкают Кандалакшские (600 м) и Колвицкие (780 м) горы, примыкающие к Кандалакшскому берету и круто спадающие к Белому морю. Значительную часть низины занимает бассейн реки Пиренга, состоящий из озер, соединенных короткими протоками (озера и реки Ена, Кох, Каложное, Чалма, Верхнее и Нижнее Пиренгские озера).

Схема Кольского полуострова.

Восточный район Кольского полуострова по рельефу может быть разделен на три части: северную, центральную и южную.

Северная часть представляет собой плато, круто обрывающееся к Баренцеву морю и горлу Белого моря. Плато пересечено множеством ущелий и поперечных трещин, по которым протекают реки Харловка, Иоканга, Восточная Лица, Поной. К югу плато постепенно повышается до 300 м и резко обрывается к центральной болотистой низине. Этот край плато носит название гряды Кейвы. К югу от Кейвы в центральной части восточного района расположена Центральная болотная равнина, занимающая верхнее и среднее течение Поноя и верховья Варзуги и Стрельны.

Южная часть представляет собой равнину, платано, а местами в виде террас, спадающую к берегам Белого моря. На равнине .находятся бассейны нижнего течения Варзуги, Стрельны, Чапомы, Чаваньги.

Растительность. На Кольском полуострове выделяются три зоны растительности: тундровая, лесотундровая я лесная. Тундровая зона занимает прибрежную полосу шириной 30—60 км на севере и северо-востоке полуострова. Основная растительность здесь: мхи, лишайники, стелющиеся разновидности карликовой березы и ивы. По долинам крупных рек встречаются древесные кустарники.

Лесотундровая зона тянется полосой от 10 до 60 км южнее тундры. Характерная растительность — березовое криволесье с примесью ели и низкорослой сосны. В изобилии встречаются различные виды кустарников и мхов. В сравнительно сухих местах почву и камни толстым слоем покрывает ягель. В лесотундре обширные ягодники (брусника, морошка, голубика, вороника) и очень много грибов (подберезовики, подосиновики, волнушки, сыроежки).

Вся южная часть полуострова относится к лесной зоне. Здесь стоят сосново-еловые леса с примесью березы, осины, рябины, ивы, ольхи. Леса Кольского сильно заболочены, поэтому в них широко распространены кустарник и травянистая моховая растительность. Особенно лесист юго-запад Мурманской области и бассейны Умбы, Варзуги, Стрельны.

В горных районах наблюдается вертикальная зональность растительного покрова. До высоты 300—400м располагается лесная растительность, высоты 400—600м заняты березовым криволесьем и кустарниками, а выше 600—650 м растет только редкий кустарник и лишайники.

Животный мир. Разнообразен животный мир Кольского полуострова. Здесь водятся таежные и тундровые животные: медведь, волк, заяц, куница, лисица, белка, лось, северный олень, россомаха, песец, лемминг-пеструшка. За последние годы акклиматизированы ондатра и норка, выпущены бобры. В водах Белого и Баренцева морей живут тюлень, нерпа, лахтак и другие морские животные. На полуострове около 200 видов птиц. Очень много морской птицы: чаек, кайр, чистиков, тупиков. На северном побережье существуют большие птичьи базары. В тундре живут белая и тундровая куропатки, в лесах—рябчик, глухарь, тетерев. На озерах гнездятся 10 видов уток, гуси, лебеди.

Кольский полуостров — район, где очень много комаров, мошки и оводов.

Моря, омывающие полуостров, озера и реки Koльского богаты рыбой. В Баренцевом море насчитывается более 110 видов рыб, из них 22—промысловые (треска, пикша, морской окунь, сайда, сельдь, камбала и др.). В море водятся акулы, дельфины и даже киты, в реках и озерах щука, окунь, хариус, сиг, голец, ряпушка. Особенно ценна семга, промысел которой издавна ведется на полуострове, в крупных озерах встречается кумжа.

На Кольском полуострове есть два заповедника: Кандалакшский и Лапландский. В них сохраняются нетронутыми образцы природы Севера, созданы условия для сохранения и увеличения числа редких животных и птиц.

Кандалакшский заповедник занимает значительную часть Кандалакшских шхер, остров Великий и Кемь-Лудский архипелаг в Кандалакшской губе Белого моря. Заповеднику принадлежат также архипелаг Семь островов и Айновы острова в Баренцевом море. В территорию заповедника входят разнообразные по природным условиям и животному миру уголки Севера, где есть и северная тайга, и тундра, и лесотундровое криволесье, каменистые и песчаные берега островов, высокие скалы морского побережья с огромными птичьими базарами.

Заповедник образован в 1939 г. Одной из главных задач его было изучение, сохранение и увеличение численности гаги — ценнейшей северной птицы. В настоящее время на островах Кандалакшских шхер (в состав заповедника входит около 50 островов) насчитывается свыше 3000 гнездовий гаги.

В Лапландском заповеднике, расположенном к западу от Мончегорска, сохраняются природные комплексы северной тайги и горных тундр Кольского полуострова. Здесь представлены все характерные Кольские ландшафты, за исключением морского побережья и равнинной тундры. Одна из главных задач заповедника — охрана и изучение диких северных оленей. В 1960 г. в заповеднике насчитывалось около 1400 оленей.

Климат. Климат Кольского полуострова существенно отличается от климата других северных и заполярных районов нашей страны. Вторгающаяся с северо-запада Нордкапская ветвь Гольфстрима приносит с собой тепло, благодаря чему на северном побережье полуострова зимой теплее, чем в средней полосе Европейской части СССР. Можно сказать, что на Кольском север и юг поменялись местами: омывающее северные берега Баренцево море не замерзает круглый год, а на юге полуострова Белое море зимой сковано льдами.

В пределах Кольского полуострова можно выделить три климатические зоны: морское побережье, центральную область и горную часть. Климат северного морского побережья обусловлен влиянием Баренцева моря. Средняя температура воздуха наиболее холодного месяца (февраля) колеблется в пределах —6—12°С, самого теплого (июля) +12—13°С. В районах центральной части климат континентальный, со сравнительно теплым летом и устойчивой зимой. От побережья в глубь континента среднегодовые температуры понижаются. Самые континентальные по климату пункты Ена и Краснощелье. Средняя температура января в Ене —14,3°С, в Краснощелье —13,7°С. В верховьях реки Поной наблюдаются особенно низкие температуры (до —50°С). В горном климатическом районе более холодное лето, сравнительно мягкая зима, много осадков. Максимальная среднемесячная температура (июля) +10°С, минимальная (января) —13°С.

Температура на Кольском подвержена частым изменениям: в любые зимние месяцы возможны оттепели, а летом — заморозки. Это объясняется тем, что над полуостровом сталкиваются массы холодного воздуха, приходящие с северо-востока, с теплыми воздушными течениями. Кольский полуостров относится к районам с избыточной влажностью (около 80%). Наименьшее количество осадков выпадает на севере (до 400 мм), наибольшее в гордых районах (до 1000 мм).

Большая часть полуострова лежит севернее Полярного круга, поэтому здесь летом полтора месяца не заходит солнце, а зимой в течение такого же времени стоит полярная ночь.

Весна довольно поздняя. Снег сходит в конце мая — начале июня, в это же время вскрываются озера.

Лето наступает бурно и быстро, так как его начало совпадает с установлением полярного дня. В конце июня распускаются цветы, на деревьях появляется молодая листва, прекращаются ночные заморозки (иногда в течение лета бывает несколько холодных ночей). В горных районах весна и лето на некоторое время задерживаются: когда в низинах уже все деревья стоят зеленые, там только набухают почки. Полярное лето длится 2,5—3 месяца: с середины июня по конец августа—начало сентября. В это короткое время оживает разнообразный и богатый растительный покров гор и равнин Кольского полуострова. Летом возможны резкие перемены погоды. Особенно изменчива погода в горах, где часты дожди и туманы. Большинство осадков в горах выпадает в летний период.

Осень наступает в конце августа — начале сентября. В последнюю неделю августа желтеют многие деревья, все чаще бывают ночные заморозки. В это время исчезают комары и мошка, особенно многочисленные в июле и начале августа.

Снег выпадает в конце сентября, а в горах даже раньше. Однако устойчивый снежный покров ложится только к первой декаде ноября. Температура воздуха в конце сентября быстро падает. В сентябре, иногда в августе уже можно наблюдать северное сияние—одно из самых удивительных и красивых явлений природы.

Реки замерзают в середине или конце ноября, несколько раньше покрываются льдом небольшие озера. Только на порожистых участках ледостав запаздывает на 1,5—2 месяца, а мощные пороги не замерзают всю зиму. Толщина льда на реках и озерах колеблется от 70 до 110 см. Снежный покров неравномерен и зависит главным образом от рельефа местности и преобладающих в этом районе ветров.

Ноябрь — уже зимний месяц, когда возможны сильные морозы. День значительно сокращается, весь декабрь и начало января солнце не показывается из-за горизонта.

В марте и апреле день удлиняется, погода становится довольно устойчивой, снег покрывается крепким настом, температура воздуха, особенно в горах, повышается (в Хибинах, например, средняя температура марта —9°С, апреля —2°С). Вечером и ночью, однако, возможно значительное снижение температуры (до -30°С и ниже).

Экономика. Археологические исследования показывают, что Кольский полуостров был заселен саами во втором тысячелетии до н. э. В IX—XI вв. на нем уже существовали русские поселения. В летописях село Варзуга (на южном берегу полуострова) упомянуто впервые в 1216 г., а северное поселение Кола — в 1264 г.

В конце XIX в. на Кольский переселились со своими оленьими стадами коми-ижемцы.

В настоящее время саами, коми-ижемцы и русские составляют основную массу населения полуострова.

Бурное промышленное развитие Кольского полуострова началось после Октябрьской революции. Некогда дикий и отсталый край уже к началу 40-х годов стал одним из перспективных промышленных районов. После Великой Отечественной войны и особенно в последние годы темпы промышленного развития Кольского непрерывно растут. Необычайно богатые недра этой северной земли стали основой быстрого роста горнодобывающей промышленности (добыча никелевой, медной и железной руды).

Гордость и слава заполярной промышленности — предприятия, вырабатывающие камень плодородия — апатитовый концентрат. Разведка и изучение промышленных запасов апатито-нефелиновых руд были произведены в начале 20-х годов экспедициями под руководством академика А. Е. Ферсмана. Комбинат “Апатит” ведет разработку важнейших месторождений: Кукисвумчоррского, Юкспорского и Расвумчоррского. Добыча руды расширяется, в последние годы построено три новых рудника, в том числе высокогорный открытый рудник на плато Расвумчорр с 600-метровым рудоспуском внутри горы.

Свыше 50% продукции области дает рыбная промышленность. Рыбаки Кольского ведут промысел трески, сельди, морского окуня, палтуса не только вблизи берегов нашей страны, но и во многих районах Северной Атлантики.

Хотя в сельском хозяйстве Мурманской области занято всего около 3% жителей, заполярное земледелие и животноводство добилось значительных успехов. Саами, ненцы и коми издавна занимаются оленеводством. В оленеводческих совхозах и колхозах насчитывается свыше 70 тысяч оленей. Обилие ягеля—основного источника корма оленей—позволяет круглый год держать их на подножном корму. В нескольких хозяйствах занимаются разведением пушных зверей (песцов и норок). Большое место в хозяйстве Кольского полуострова занимает зверобойный промысел (тюленя) и добыча пушнины (песец, куница, белка, горностай).

Крупнейший город полуострова и самый большой заполярный город мира — Мурманск, индустриальный центр, рыболовный и торговый порт, культурный и научный центр Заполярья.

Важную роль в экономике и культурной жизни Мурманской области играют молодые промышленные города — Кировск, Мончегорск и Оленегорск. Значительно преобразились и старые города и поселки Кольского полуострова, где расширены традиционные промыслы и создано немало новых промышленных предприятий. Несметные богатства подземных кладовых Кольского, обширные леса, рыбные запасы северных морей — все поставлено на службу советскому народу, строящему коммунизм.

Бывший Александровский уезд Архангельской губернии, о котором царские сановники писали, “что там борьба с природой едва ли выносима для человека”, стал настоящей северной жемчужиной нашей страны.

Зональная тундра на Кольском полуострове — реальность или ошибка? Текст научной статьи по специальности «Биологические науки»

В статье обсуждается зональный статус побережья Баренцева моря на основании результатов классификации растительности. Преобладание среди доминантных и диагностических видов зональных растительных сообществ арктоальпийских и гипоарктических видов, а также состав растительности плакорных и неплакорных местообитаний позволяют сделать вывод о принадлежности побережья Баренцева моря к субарктическим (южным) тундрам.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по биологическим наукам , автор научной работы — Королева Н. Е.

Основные биотопы горных и зональных тундр Мурманской области

Предварительные итоги классификации растительности восточноевропейских тундр и новый класс для зональных местообитаний

Сообщества маршей, пляжей и приморского пойменного эфемеретума Мурманского, Терского и Востока Кандалакшского берега (Мурманская область)

Основные высшие синтаксономические единицы европейской Арктики
Растительность Мурманской области как компонент биоразнообразия
i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Зональная тундра на Кольском полуострове — реальность или ошибка?»

Зональная тундра на Кольском полуострове — реальность или ошибка?

Полярно-альпийский ботанический сад-институт КНЦРАН, Апатитский филиал МГТУ, кафедра геоэкологии

Аннотация. В статье обсуждается зональный статус побережья Баренцева моря на основании результатов классификации растительности. Преобладание среди доминантных и диагностических видов зональных растительных сообществ арктоальпийских и гипоарктических видов, а также состав растительности плакорных и неплакорных местообитаний позволяют сделать вывод о принадлежности побережья Баренцева моря к субарктическим (южным) тундрам.

Abstract. In the paper the problem of zonal position of the Barents Sea shore has been discussed basing on the plant communities’ classification. The prevalence of hypoarctic and arctic-alpine species in the list of dominant and diagnostic species and the syntaxa spectrum of the area investigated has shown close affinities to the low (southern) arctic tundra zone.

Изучение растительности баренцевоморского побережья Кольского полуострова ведется с конца XVIII века, и, казалось бы, полученных за такой длительный период данных вполне достаточно для определения зональной принадлежности этой территории. Первые гербарные сборы и описания растительности севера Кольского полуострова были сделаны финскими исследователями Чильманом (Kihlman, 1890) и Бротерусом (Brotherus, Saelan, 1890). В 20-е годы прошедшего столетия с экспедицией Санкт-Петербургского общества естествоиспытателей К. Регель посетил побережье Баренцева моря от устья р. Поной до мыса Святой Нос и выполнил геоботанические описания растительных сообществ (Regel, 1923). Н.А. Цинзерлинг (1935) обследовал северо-восток Кольского п-ова и опубликовал сведения о растительности прибрежного района от д. Иоканга до Лумбовского залива, причем впоследствии относил некоторые изученные сообщества к арктическим тундрам. Такой же точки зрения придерживался Е.Г. Чернов (1956), когда при создании карты растительности Мурманской области выделял узкую полосу типичной (арктической — терминология автора) тундры на побережье Баренцева моря от Семи Островов на западе до устья р. Поной на востоке, включая сюда и прибрежные острова.

На основании опубликованных сведений о растительности Мурманской области В.Д. Александрова (1977) при районировании растительности Арктики включила все северное побережье Мурманской области в южную полосу зоны субарктических тундр, выделив здесь Кольскую подпровинцию субарктических тундр. Особенностью подпровинции, по ее мнению, является преобладание в растительных сообществах гипоарктических видов, особенно, вороники (Empetrum hermaphroditum1) и встречаемость фрагментов березовых криволесий вплоть до морского побережья.

На Карте растительности Европейской части СССР (1975) северная прибрежная полоса Мурманской области также относится к южным тундрам, причем на Мурманском берегу отмечены как кустарничковые тундры с господством гипоарктических и арктоальпийских видов, так и мелкоерниковые (с Betula nana) лишайниковые тундры с участием кустарничков.

В конце XX в. в таком, казалось бы, прочном положении баренцевоморского побережья в геоботаническом зональном подразделении тундр северного полушария возникли сомнения. В 1978 г. Б.А. Юрцев с соавторами (Юрцев и др., 1978) выделил арктическую флористическую область, основываясь на составе и структуре флоры. Южная граница арктической флористической области совпадала с северной границей леса повсюду, за исключением секторов, где проявляется морской климат. Побережье северной Скандинавии и Кольского полуострова (как и Фарерские острова, Исландия и южное побережье Гренландии) не вошло в состав этой области именно на основании преобладания во флоре бореальных (в особенности океанических бореальных), либо океанических гипоарктических, арктических и арктоальпийских видов. Северное побережье Мурманской области было включено

1 Названия видов растений приводятся по следующим источникам: С.К. Черепанова (1995) для сосудистых, М.С. Игнатова и ОМ. Афониной (1992) для листостебельных мхов, Н.А. Константиновой и др., (1992) для печеночников, R. Santesson et al. (2004) для лишайников. Названия сообществ даны по Н.Е. Королевой (2006).

авторами в состав северной бореальной области на основании предполагаемого флористического сходства с другими безлесными океаническими районами Северной Атлантики.

Хотя в более позднем подразделении циркумполярной Арктики (Yurtzev, 1994) автор рассматривает безлесные сообщества Северо-Атлантического океанического сектора как часть фитогеографического (не флористического) арктического региона (или тундровой зоны), все же с тех пор баренцевоморское побережье Мурманской области загадочным образом исчезает из состава тундровых территорий. Даже на исключительно подробной и наиболее полной последней карте циркумполярной Арктики (CAVM Team, 2003), на которой участки северных побережий Фенноскандии, Исландии и юго-западное, южное и юго-восточное побережье Гренландии составляют Северо-Атлантическую флористическую провинцию Арктики, Кольский полуостров — «белое пятно».

Стоит упомянуть, что в зарубежной (англоязычной) литературе обычно под Арктикой (Arctic) подразумевается тундры и полярные пустыни северного полушария, т.е. этот термин имеет именно фитогеографическое, а не флористическое содержание. Субарктические тундры В.Д. Александровой (1971; 1977) соответствуют «низкой» Арктике (Low Arctic) (Polunin, 1951; Bliss, 1997), либо «южной» Арктике (Southern Arctic, Tuhkanen, 1986), либо геми-арктической зоне (hemiarctic zone, Ahti et al., 1968; Elvebakk, 1985; Haapasaari, 1988).

В обзоре растительных зон Европы Ahti (Ahti et al., 1968) предполагал, что на побережье Кольского полуострова встречаются северные бореальные пустоши (northern boreal maritime Empetrum heath) и горные сообщества орогемиарктического пояса (orohemiarctic). Такое предположение основывалось на утверждении R. Nordhagen (1966), что переходная от северной бореальной к арктической, гемиарктическая (hemiarctic) зона и, тем более, арктическая зона на севере Скандинавии отсутствуют. Все же автор допускал, что такая точка зрения может быть пересмотрена, если будут получены более полные данные о растительности этого района.

А. Elvebakk (1985), рассматривая спектр преобладающих типов растительных сообществ, тем не менее, выделяет на севере Скандинавии переходную к арктической (hemiarctic) зону и включает в нее север полуостровов Варангер и Рыбачьего, а также всю полосу побережья Баренцева моря.

Очевидно, что такая двойственность и неопределенность в фитогеографическом положении района происходит, в большой степени, от ее недостаточной изученности. Цель этой статьи -определение зонального статуса севера Мурманской области на основании результатов классификации безлесных растительных сообществ побережья Баренцева моря.

2. Характеристика района исследований

Рельеф и геологическое строение. Все побережье Баренцева моря составлено структурно-денудационными слабонаклонными ступенчатыми морфоструктурами. Для восточной его части (к востоку от р. Териберки до мыса Святой Нос) характерны скалистые и обрывистые берега с уменьшающимися по направлению к востоку высотами (так, в районе Териберской губы высота береговых скал 25-30 м, а в районе Иокангского залива — всего 3-10 м). Береговые скалы представляют собой край прибрежного холмистого плато, которое понижается к востоку и становится все менее и менее расчлененным; также к востоку уменьшается и изрезанность береговой линии (Геология. 1958). От берега плато быстро повышается до 200-250 м, в области водоразделов — до 300350 м. Холмистый рельеф по мере удаления от берега сменяется полого-холмистым, а на востоке -сильно заболоченной равниной. Понижения между холмами плато заняты многочисленными озерками.

Значительная часть Мурманского берега сложена гранитоидами архейского возраста. На побережье Баренцева моря преобладают скалистые выходы коренных пород. Мощность четвертичных отложений увеличивается по мере удаления от побережья. Моренные образования широко распространены на приморских равнинах (гравийно-песчаные конечные морены, друмлины, флювиогляциальные дельты), а к востоку района возрастает количество торфяников (Пожиленко и др., 2002).

Особенность почв всей Северной Фенноскандии — бедность тонкодисперсным материалом, особенно илистыми частицами, и преобладание (до 95 %) песчаной фракции (Переверзев, 2001). Повсеместно здесь в автоморфных условиях на морских, моренных и элюво-делювиальных почвообразующих породах сформировались песчаные и супесчаные почвы (альфегумусовые подбуры и подзолы) с выраженными органогенными и укороченными оподзоленными горизонтами, которые густо пронизаны корнями растений. В исследованном районе местами встречаются тиксотропные проявления и образование гомогенных почв пятен, лишенных органогенного горизонта, в виде отдельных «медальонов» среди зональных почв.

Климат всего Мурманского берега формируется под влиянием Баренцева моря и имеет отчетливый муссонный характер (Яковлев, 1961). Средняя температура воздуха на баренцевоморском побережье выше, чем в центральных районах Кольского полуострова. Лето здесь прохладное, средняя

температура не выше 8-9°С. При вторжении арктического воздуха температура может достигать минус 2-3°С даже в июле. Зимой, благодаря притоку тепла с моря, средняя температура на побережье выше, чем в центральных районах и не опускается ниже минус 10°С даже в самый холодный месяц (февраль). В любом из зимних месяцев возможны оттепели.

Близость холодного моря обуславливает и высокую относительную влажность воздуха, средняя ее величина летом около 80 %. Среднее сезонное количество осадков на Мурманском побережье больше, чем в других районах области. Суровость климата увеличивается с запада на восток: понижаются среднегодовые температуры, повышается относительная влажность воздуха, увеличивается количество дней с туманами.

3. Материалы и методы

Материалом для статьи послужили 75 геоботанических описаний, выполненных в период 20032004 гг. в окрестностях поселков Териберка, Дальние Зеленцы и Островной в полосе шириной 5-15 км от береговой линии. Расположение пробных площадок выбирали субъективно с целью отразить все разнообразие растительного покрова территории. Размер пробных площадок в тундрах и на лугах составлял 2×2 м. В приручьевых ивняках ширина площадки определялась границами сообщества, длина составляла 10 м. В приснежных сообществах, а также на элементах полигонального комплекса и на бугристых болотах описание делали в естественных границах сообщества.

Участие видов оценивали по 7-балльной шкале оценки покрытия-обилия Браун-Бланке, где «r» -редко; + — покрытие менее 1 %, 1 — покрытие менее 5 %, 2 — покрытие 5-25 %, 3 — покрытие 25-50 %, 4 -50-75 %, 5 — 75-100 %. Классификацию растительности выполняли по методу Браун-Бланке (Westhoff, Maarel, 1973) с некоторыми модификациями (Daniels, 1982; Dahl, 1987). Названия новых синтаксонов даны в соответствии с Кодексом геоботанической номенклатуры (Вебер и др., 2005).

В основе метода эколого-флористической классификации растительности (или метода Браун-Бланке) лежат следующие положения:

— видовой состав растительных сообществ в наибольшей степени отражает взаимоотношения растительности с окружающей средой, чем все остальные характеристики;

— некоторые из видов растений, составляющих сообщество, являются наиболее эффективными экологическими индикаторами, и они называются диагностическими видами;

— диагностические виды могут быть использованы для организации растительных сообществ в группы -ассоциации. Ассоциации составляют основу иерархической системы классификации растительности и объединяются в союзы, порядки и классы — единицы более высокого ранга. Формирование бинарных названий, определение объема и оформление для валидизации (утверждения) единиц иерархической системы растительных сообществ (синтаксонов) проводится по строгим правилам, что сближает метод эколого-флористической классификации с методами систематики и таксономии растений.

Асс. Honckenyo diffusae-Elymetum arenarii (Regel 1928) Tx.1966. Диагностические виды (ДВ) -Honckenya oblongifolia, Mertensia maritima, Leymus arenarius. Эти растительные сообщества представлены на песчаных и галечниковых пляжах и на береговом валу, преимущественно, в устьях рек и на побережьях заливов-губ. Из-за особенностей геоморфологического строения побережья Баренцева моря (скалистых берегов и отсутствия абразионной морской деятельности, малой аккумуляции аллювия в устьевых частях рек, узкой приливно-отливной зоны) они имеют вид узкой прерывистой полосы. Ассоциация типична для всей приморской Субарктики (Thannheiser, 1991).

Асс. Tripleurospermo-Festucetum arenariae Koroleva 2006. ДВ — Ligusticum scothicum, Tripleurospermum hookeri, Cochlearia groenlandica, Rhodiola rosea, Dianthus superbus, Carex glareosa, Arctanthemum hultenii, Primula finmarchica. Полидоминантные приморские луга с сомкнутым гомогенным растительным покровом, с очень специфичным и красочным обликом из-за обилия цветущих видов разнотравья. Они занимают верхнюю часть геолиторали и испытывают воздействие соленой воды только во время штормов, но хорошо обеспечены органикой (водоросли, скелеты морских ежей, крабов) за счет тех же штормовых выбросов.

Асс. Arctostaphylo alpinae-Empetretum hermaphroditi (Zinserling 1935) Koroleva 1994. ДВ -Ptilidium ciliare, Barbilophozia lycopodioides. Сообщества с сомкнутым растительным покровом и мозаичной горизонтальной структурой. Высота растительного покрова определяется глубиной снега, поэтому кустарники принимают простратную форму. В кустарничковом покрове преобладает вороника и голубика. Сообщества встречаются повсеместно на всем баренцевоморском побережье, занимая умеренно заснеженные зимой склоны и террасы прибрежного плато, а также приморские террасы.

В районе исследований выделены 2 субассоциации. Субасс. Arctostaphylo (alpinae)-Empetretum hermaphroditi subass. inops была впервые описана на песчаных приморских террасах побережья и на

островах Белого моря (Бреслина, 1987; Королева, 1999). В кустарничковом ярусе, высота которого не превышает нескольких сантиметров, абсолютно преобладает вороника. Мохово-лишайниковый ярус фрагментарный или не развит, но P. ciliare обычно присутствует. В сообществах на песчаных и щебнистых приморских террасах встречаются пятна оголенного грунта диаметром 0.5-0.8 м.

Субасс. Arctostaphylo (alpinae)-Empetretum hermaphroditi subass. typicum также ранее была описана на беломорском побережье (Королева, 1999) и, кроме того, в Хибинских горах. Сообщества с более сложной мозаичной горизонтальной структурой обычны на террасах и пологих склонах прибрежного плато. В густом кустарничковом ярусе (покрытие до 100 %) преобладает вороника, мощный мохово-лишайниковый покров составлен мохообразными рода Dicranum, Pleurozium schreberi, Ptilidium ciliare и лишайниками рода Cladonia и Cetraria islandica.

Arc. Phyllodoco-Vaccinietum myrtilli Nordh. 1943. ДВ — Vaccinium myrtillus, Avenella flexuosa, Chamaepericlymenum suecicum. В сообществах часто есть ярус из карликовой березки, его высота определяется высотой зимнего снежного покрова. Травяно-кустарничковый ярус гомогенный, нередко в нем преобладают либо черника, либо дерен. Встречаются виды, обычные под пологом северо-таежных лесов — Pyrola minor, Linnaea borealis, Trientalis europaea. Мохово-лишайниковый ярус, иногда фрагментарный, образован зелеными мхами, в нем обычны листоватые лишайники рода Peltigera, Nephroma arcticum, а также кустистые лишайники рода Cladonia.

Сообщества ассоциации занимают большие площади на склонах и уступах прибрежного холмистого плато, на склонах ложбин и в межхолмовых понижениях, часто встречаясь в комплексе с приручьевыми лугами. Очень часто эти склоны — северной экспозиции, либо наветренные, где снег накапливается и не тает до середины июня. Там, где снежные забои особенно велики, сообщества этой ассоциации соседствуют с субнивальными. В долинах крупных ручьев и в обширных ложбинах на приморских террасах в этих сообществах развит ярус из березы Черепанова, часто принимающей форму кустарника. Высота такого древесного яруса зависит от глубины ложбины, а состав напочвенного покрова сообществ с ярусом березы такой же, как и у вышеописанной ассоциации.

Асс. Loiseleurio-Diapensietum (Fries 1913) Nordh. 1943. ДВ — Loiseleuria procumbens, Hierocho alpina, Ochrolechia frigida, Sphaerophorus fragilis, Gymnomitrion corallioides. Сообщества представляют собой мозаику лишайников, мхов и печеночников и немногочисленных кустарничков. Доминируют кустистые хионофобные лишайники (Flavocetraria nivalis, Alectoria nigricans, A. ochroleuca). Характерно присутствие арктоальпийских лишайников Ochrolechia frigida, Sphaerophorus fragilis, очень часто с примесью печеночных мхов (Gymnomitrion corallioides). Иногда в сообществах встречаются одиночные кустовидные экземпляры Betula czerepanovii. Постоянно присутствуют карликовая березка, вороника и арктоус альпийский. В сообществах восточной части Мурманского берега есть Salix nummularia.

Сообщества ассоциации обычны на вершинах моренных холмов и коренных обнажений, на приморских террасах по всему Мурманскому берегу, а также в верхнем подпоясе тундрового пояса гор Фенноскандии (Fries, 1913; Haapasaari, 1988; Koroleva, 1994).

В восточной части Мурманского берега была выделена субассоцация Loiseleurio-Diapensietum salicetosum nummulariae Koroleva 2006. ДВ — Salix nummularia, Cetraria ericetorum. Для сообществ характерна сложная структура с повторяющимися элементами: выпуклые полигоны диаметром до 1.5 м и ложбинки между ними шириной до 10 см. Полигоны и ложбинки различаются по гранулометрическому составу почв — на полигонах преобладает мелкий щебень, песок и тонкодисперсный материал, а в ложбинках — крупный щебень и камни. S. nummularia обычна как на полигонах, так и в ложбинках и иногда доминирует. Реже в таких сообществах встречается S. arctica.

Асс. Veratro lobeliani-Salicetum herbaceae Koroleva 2006. ДВ — Salix herbacea, Veratrum lobelianum, Phleum alpinum. Моховой покров в сообществах многовидовой и включает как арктические и арктоальпийские виды, характерные для приснежных местообитаний (Pleurocladula albescens, Kiaeria starkei, K. glacialis, Diplophyllum taxifolium), так и мезо-, гигрофильные бореальные виды (Sanionia uncinata, Lophozia longiflora). Сообщества занимают на Мурманском берегу незначительную площадь, встречаясь на участках склонов и скальных «полках» северной экспозиции, в местах «снежных забоев».

Асс. Rubo chamaemori-Caricetum rariflorae (Regel 1923) Koroleva 2006. ДВ — Rubus chamaemorus, Andromeda polifolia, Carex rariflora. Болота, на которых иногда формируются невысокие торфяные бугры. Есть ярус из ерника и ив, лучше выраженный в понижениях микрорельефа. В травяно-кустарничковом ярусе преобладают вороника, подбел, морошка, осоки — Carex rariflora, C. rotundata, C.bigelowii. Моховой ярус густой, полидоминантный и состоит из мозаики сфагновых (наиболее часто встречается Sphagnum russowii) и зеленых мхов (Dicranum spadiceum, D. elongatum, Pleurozium schreberi). Сообщества расположены в обширных плоских ложбинах и на пологих склонах береговых террас и водораздельного плато, в условиях слабопроточного или непроточного увлажнения.

Переход от сообществ асс. Arctostaphylo (alpinae)-Empetretum hermaphroditi, расположенных на более возвышенных и сухих участках, к заболоченным кустарничково-моховым сообществам асс. Rubo chamaemori-Caricetum rariflorae нерезкий и выражается в постепенном увеличении проективного покрытия мхов, а также увеличения роли видов-гелофитов — пушиц, морошки, подбела, осоки редкоцветковой и кругловатой. Такие переходные сообщества занимают на прибрежном плато большую площадь.

Асс. Drepanoclado revolventis-Trichophoretum cespitosi Nordh. 1928. ДВ — Thalictrum alpinum, Baeothryon caepitosum, Sarmentypnum sarmentosum, Limprichtia cossonii. Низкотравные влажные луговины без кустарникового яруса, с богатым и разнообразным видовым составом, в котором присутствуют виды, характерные для болот богатого питания (Salix myrsinites, Pinguicula vulgaris, Tofieldia pusilla, Campylium stellatum, Sphagnum warnstorfii, Sarmentypnum sarmentosum), олиготрофных болот (Rubus chamaemorus, Oxycoccus microcarpus), приручьевых лугов (Geranium sylvaticum, Trollius europaeus). В кустарничково-травяном ярусе преобладают Festuca ovina и травянистые многолетники — Thalictrum alpinum, Astragalus subpolaris, Polygonum viviparum, Solidago lapponica, а кустарнички менее обильны. Моховой ярус несомкнут, в нем обычно встречаются мхи рода Polytrichum и Hylocomium splendens. Сообщества встречаются во влажных местообитаниях на склонах приморских террас, преимущественно в западной части района. Аналогичные низкотравные сообщества описаны в Финской Лапландии и на п-ове Рыбачий (Kalliola, 1939).

Асс. Rumici-Salicetum lapponi Dahl 1957. ДВ — Salix lapponum, Calamagrostis epigeios, Comarum palustre, Viola biflora. Сообщества с выраженным ярусом ив и примесью Betula czerepanovii. Иногда высота кустарников не выше, чем у кустарничково-травяного яруса, в котором преобладают виды мезофильного разнотравья (Geranium sylvaticum, Trollius europaeus). В составе сообществ также велика доля северо-таежных видов (Vaccinium myrtillus, Trientalis europaea, Avenela flexuosa, Pyrola minor). Эти разнотравные ивняки обычны вдоль речек и ручьев по всему Мурманскому берегу — на приморских террасах и склонах прибрежного плато.

Асс. Geranietum sylvatici Nordh. 1943. ДВ — Cirsium heterophyllum, Geranium sylvaticum, Gymnocarpium dryopteris, Saussurea alpina. Приручьевые луга с преобладанием мезофильных видов разнотравья и злаков выделяются яркой зеленью на фоне окружающих их кустарничковых тундр. На востоке Мурманского берега в сообществах становятся обильны такие арктические виды как Tanacetum bipinnatum и Hedysarum arcticum (Цинзерлинг, 1935). Сообщества встречаются вдоль ручьев, на влажных склонах приморских террас, они обычны по всему Мурманскому берегу, а также в горах Фенноскандии. Граница между приручьевыми лугами и ивняками, очень схожими по флористическому составу, иногда весьма условна.

Асс. Polygono vivipari-Thalictretum alpini (Kalliola 1939) Koroleva 2006. ДВ — Antennaria dioica, Astragalus subpolaris, Campanula rotundifolia, Carex rupestris, Festuca ovina, Silene acaulis, Thalictrum alpinum. Низкотравные луговины со сплошным травяным покровом, в котором встречаются кустарнички. Моховой покров фрагментарный, представлен Hylocomium splendens, Dicranum spp., Ptilidium ciliare, Sanionia uncinata. Эти сообщества более обычны в западной части Мурманского берега, на склонах возвышенностей Финской Лапландии, в местообитаниях с умеренным увлажнением при боковом водотоке.

Одним из важнейших понятий геоботаники и биогеографии является определение зонального типа растительности. Зональной растительностью принято считать ту естественную растительность, которая наиболее полно отражает климатические условия соответствующей природной зоны (Вальтер, Алехин, 1936). Она формируется на эуклиматопах (Вальтер, 1982) или на плакорах (Высоцкий, 1960) -равнинных территориях, получающих влагу за счет атмосферных осадков, на которых в неизмененном виде проявляется региональный макроклимат.

Помимо зональной растительности выделяется незональная, которая подразделяется на азональную (интразональную) и экстразональную (Вальтер, Алехин, 1936). Состав интразональной растительности, которая встречается в одной или нескольких соседних природных зонах, в большей степени определяется иными, не климатическими, а например, эдафическими или гидрологическими факторами, хотя влияние климата на её состав и структуру нельзя полностью исключить. Разработка и формирование современного содержания зональной и интразональной растительности продолжается до сих пор (Чернов, 1975; Матвеева, 1998). Так, например, предложено выделять категорию интрастенозональной (свойственной в большей степени какой-либо природной зоне), и интраполизональной (распространенной во многих природных зонах) растительности.

При выяснении зонального статуса территории определяющим является именно характер зонального типа растительности.

Зональные и интразональные сообщества Мурманского берега в автоморфных условиях.

В качестве зональных на баренцевоморском побережье можно рассматривать тундровые сообщества, развитые на автоморфных позициях ландшафта — на дренированных выровненных и слабо пологих, умеренно заснеженных зимой участках приморских террас и прибрежного плато. Наиболее полно соответствует этому набору требований субасс. Arctostaphylo (alpinae)-Empetretum hermaphroditi typicum, которая занимает большую площадь на всем баренцевоморском побережье, на склонах и террасах прибрежного плато, а также на приморских террасах.

При движении вглубь полуострова эти сообщества сменяются кустарничково-лишайниковыми (c Cladonia stellaris) сообществами, с разреженным ярусом Be tula nana, которые принадлежат к асс. Empetro-Betuletum nanae Nordh. 1943. В этих сообществах появляется несомкнутый ярус Betula czrepanovii, и они могут рассматриваться как переходные к полосе березовых криволесий.

Также в автоморфных условиях, но уже в гемихионных местообитаниях (где снег задерживается до начала июля) располагаются сообщества асс. Phyllodoco-Vaccinietum myrtilli. При дальнейшем увеличении снежного покрова и связанном с этим сокращении сроков вегетации формируются довольно редкие в исследованном районе приснеговые растительные сообщества асс. Veratro lobeliani-Salicetum herbaceae.

Также в автоморфных условиях находятся интразональные сообщества бесснежных местообитаний, которые относятся к ассоциации Loiseleurio-Diapensietum. Их широкое распространение на побережье подчеркивает связи исследованного района с горными районами Мурманской области и Фенноскандии.

Сообщества полигональных тундр (субасс. Loiseleurio-Diapensietum salicetosum nummulariae) являются интрастенозональными, поскольку встречаются только в тундровой зоне, на почвах с выраженными криогенными явлениями. Появление полигональных тундр свидетельствует об усилении континентальности и суровости климата в восточной части тундровой зоны Кольского полуострова. Постоянное участие в этих сообществах стелющейся ивки Salix nummularia сближает их с восточноевропейскими тундрами.

Сообщества асс. Honckenyo diffusae-Elymetum arenarii на побережье могут считаться интраполизональными, так как описаны как в тундровой зоне Мурманской области, так и на морских побережьях Средней Европы, где соседствуют с сообществами с господством Ammophila arenaria. А сообщества берегового вала (асс. Tripleurospermo-Festucetum arenariae) интрастенозональны, так как описаны только на побережьях тундровой зоны.

Интразональные сообщества Мурманского берега в гидроморфных условиях . Сообщества гидроморфных позиций ландшафта представлены болотами, приручьевыми ивняками и лугами и низкотравными луговинами.

Небольшие по площади мелкобугристые болота, описанные в субасс. Rubo chamaemori-Caricetum широко распространены на всем баренцевоморском побережье. Бугристые болота вообще характерны для тундровой и лесотундровой зоны (Городков, 1935; Александрова, 1977). Высота бугров, по мнению Б.Н. Городкова (1935), зависит от мощности торфяной залежи и глубины ее оттаивания. Крупнобугристые болота, обычные в зоне лесотундры «от Скандинавии до Енисея» (Городков, 1938) на севере постепенно замещаются мелко- и плоскобугристыми. Особенность мелкобугристых болот Мурманского берега — преобладание зеленых мхов (Dicranum elongatum, Pleurozium schreberi, Aulacomnium turgidum) над сфагновыми и постоянное участие лишайников.

Ивняки с ярусом гигро-мезофильного разнотравья и луга в долинах ручьев Мурманского берега (arc. Rumici-Salicetum lapponi и Geranietum sylvatici) близки по составу видов с сообществами приручьевых березовых криволесий. Это интраполизональные сообщества, «проходящие» через рядом расположенные природные зоны, от тундровой до таежной, по своеобразным «коридорам» долин рек и ручьев.

6. Зональный статус исследованной территории

Положение северной окраины Кольского полуострова в системе флористического разделения Арктики (Юрцев и др., 1978) — «северные бореальные пустоши», часть бореальной флористической области, находящаяся под воздействием океанического климата, а именно, отепляющим влиянием Северо-Атлантического течения. Но, во-первых, даже на севере Финской Лапландии, и тем более в восточной части Кольского полуострова, это влияние ослаблено, по сравнению с побережьями Норвегии (Яковлев, 1961; Tuhkanen, 1986). Во-вторых, подразделение растительности более корректно проводить все-таки по признакам самой растительности.

Итак, на баренцевоморском побережье преобладают мохово-лишайниково-кустарничковые сообщества субасс. Arctostaphylo (alpinae)-Empetretum hermaphroditi typicum и асс. Empetro-Betuletum

nanae, кустарничково-лишайниковые олигохионные сообщества асс. Loiseleurio-Diapensietum и мохово-травяные болота асс. Rubo chamaemori-Caricetum rariflorae. Из них три первых синтаксона занимают автоморфные позиции ландшафта, а последний — гидроморфные. В качестве зональных можно рассматривать только сообщества первых двух синтаксонов. Между сообществами большинства синтаксонов существуют переходные типы, которые также занимают значительную площадь.

Менее широко распространены интрастенозональные сообщества, состав которых в значительной степени определяется свойствами субстрата, тем не менее, они распространены в пределах одной или двух соседних природных зон и, следовательно, как и зональные, зависят от регионального макроклимата. Это сообщества ассоциаций Tripleurospermo-Festucetum arenariae (объединяющей приморские луга) и Veratro lobeliani-Salicetum herbaceae (приснеговые сообщества).

Именно состав зональных и интрастенозональных сообществ в наибольшей степени отражает зональную специфику территории. Состав доминантных видов (преобладающих по проективному покрытию), а также диагностических (определяющих экологические особенности) видов синтаксонов, которые определяют облик растительных сообществ и вносят наибольший вклад в формирование фитомассы, более показателен и важен для характеристики растительного покрова, нежели чем общий флористический состав территории. Анализ их принадлежности к географическим элементам флоры (Раменская, 1983) может пролить свет на то, каков же характер растительности баренцевоморского побережья (табл. 1).

В составе зональных и интрастенозональных сообществ преобладают 2 группы видов: 1) арктоальпийские и арктические виды и 2) гипоарктические и гипоарктогорные виды (каждая по 36 %), а на бореальные виды приходится 28 % от общего количества видов. Преобладание арктоальпийских видов сближает сообщества побережья Баренцева моря с горно-тундровыми, а обилие бореальных видов в зональных сообществах свидетельствует о принадлежности района к подзоне субарктических тундр. Стоит заметить, что половина бореальных видов приходится на мохообразные и лишайники. Большая доля бореальных видов мохообразных характерна и для арктических тундровых сообществ (Матвеева, 1998). Большая доля гипоарктических видов составляет специфику именно субарктических (южных) тундр.

В составе долготных элементов представлены все типы ареалов, но преобладают виды с циркумполярным, а не океаническим (евро-американским, европейским) типом ареала. Таким образом, как по составу растительных сообществ, особенно зональных и интрастенозональных, так и по принадлежности диагностических и доминантных видов этих сообществ к географическим элементам флоры исследованный район принадлежит к субарктическим тундрам.

Относить изученные сообщества к горно-тундровым, как предлагает Ahti с соавторами (Ahti et al., 1968) вряд ли корректно, так как район побережья не относится к горным территориям (по определению, высоко приподнятым над окружающей местностью, сильно и глубоко расчлененным участкам земной коры со складчатой или глыбово-складчатой структурой). На побережье Баренцева моря сформировалась петрофитная растительность на маломощных и хорошо дренированных почвах, покрывающих древние кристаллические породы и разнообразные моренные и флювиогляциальные отложения. Она похожа на горно-тундровую по структуре и составу, но представляет вариант зональной тундровой растительности.

Принадлежность изученной растительности к пустошному типу также сомнительна. Пустоши (heathlands) североатлантического побережья как в отечественной, так и в англоязычной фитогеографической литературе — это, чаще всего, вторичные послелесные сообщества. На побережьях Средней и Северной Европы, ранее покрытых лесом, пустоши образовались в результате антропогенного воздействия (расчистка под пашню, выпас), продолжительность которого иногда насчитывает несколько тысячелетий. Хотя по составу и структуре вторичные пустошные сообщества похожи на тундровые, тем не менее, существуют и отличия. Пустоши европейских побережий Северной Атлантики — это кустарничковые и кустарничково-моховые сообщества с преобладающими видами Calluna vulgaris, Empetrum nigrum, Vaccinium myrtillus, Racomitrium lanuginosum. В составе флористических элементов пустошных сообществ преобладают бореальные широтные элементы (Virtanen et al., 1999).

На большей части побережья Баренцева моря антропогенное воздействие на экосистемы березовых криволесий минимальное, и их площадь заметно не снижалась в результате вырубок или пожаров. Березовые криволесья распространены в речных долинах, встречаются фрагментами на морских террасах и выходят на побережье в районе заливов — губ Ивановской, Дальнезеленецкой, Териберской. Присутствие фрагментов лесных сообществ в интразональных местообитаниях, защищенных от воздействия холодных ветров и низких зимних температур, характерно не для пустошей, а именно для подзоны субарктической тундры. Преобладающий на северо-атлантических пустошах вереск (Calluna vulgaris) встречается в исследованном районе довольно редко, а вороника Empetrum nigrum замещается видом-викариантом более восточного распространения E. hermaphroditum.

Таблица 1. Доминантные и диагностические виды зональных и интрастенозональных синтаксонов баренцевоморского побережья Кольского полуострова

Bng/cHmaKCOH Tri- Lois- Emp- Arct- Ver- Rub- Географический элемент

Fest Diap Bet Emp Sal Car широтный долготный

Dianthus superbus III+-1 — — — — — B euaz

Carex glareosa II+-3 — — — — — Ha c

Arctanthemum hultenii II+-1 — — — — — A c

Primula finmarchica II+ — — — — — ha eu

Ligusticum scothicum IV+-1 — — — — — ha euam

Tripleurospermum hookeri IV+-1 — — — — — ha c

Cochlearia groenlandica II+-2 — — — — — a c

Rhodiola rosea III+-1 — — — — — aa euaz

Festuca arenaria IV+-3 — — — — — ha eu

Tephroseris integrifolius III+-2 — — — — — a,b euaz

Lathyrus aleuticus III+-4 — — — — — ha euam

Salix nummularia — III1-2 — I+ — — aa euaz

Cetraria ericetorum — II+ — — — — b c

Loiseleuria procumbens — V+-3 — — — — aа c

Ochrolechia frigida — V+-3 — I+ — — aa c

Sphaerophorus fragilis — III+ — — — — aa c

Hierochloe alpina — III+ — — — — aa c

Thamnolia vermicularis — IV+ — — — — aa c

Alectoria ochroleuca — III+-1 — — — — aa c

A. nigricans — III+-2 — — — — aa c

Flavocetraria nivalis — V+-5 II+-2 — — aa c

Diapensia lapponica — IV+ — — — — a euam

Flavocetraria cucullata — III+-3 — — — — aa c

i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Ptilidium ciliare — I+ II1-2 V2-3 I+ — ha, haa c

Barbilophozia lycopodioides — — III+-2 IV+-2 — — ha, b c

Pleurozium schreberi — — III+-2 III+-2 — II1-2 b c

Salix herbacea — — — — V1-3 — aa euam

Veratrum lobelianum — — — — V+ — b euaz

Oxyria digyna — — — — IV+ — aa c

Saxífraga stellaris — — — — III+ — aa euam

Phleum alpinum — — — — III+-1 — haa c

Salix lapponum — — I+ — — III+-3 ha,b euaz

Eriophorum vaginatum — — — — — III+-3 ha,b c

E. scheuchzeri — — — — — III+-1 ha,b c

Rubus chamaemorus — — — — — V+-2 ha c

Carex rariflora — — — — — IV+-2 ha c

Andromeda polifolia — — — — — IV+-3 ha c

Betula nana — V+-1 V+-4 II+-2 — III+-3 ha c

Empetrum hermaphroditum — V+-3 V+-3 V1-5 I+ V+-4 ha euaz

Arctous alpina — V+-2 I+ I+ — — haa c

Cladonia mitis — IV+-2 IV+-3 V+-2 — — b c

Vaccinium vitis-idaea — IV+ IV+ III+-1 — II+-1 b c

Cetraria islandica — I1 IV+-3 III+-2 I+ — b c

Oxytropis sordida — IV+ II+ — — — aa euaz

Cladonia rangiferina — III+-1 V+-3 III+-1 — — b c

C. uncialis — III+ IV+ III+ — — b c

Dicranum majus — — II+-1 III+-2 I+ — b c

Vaccinium uliginosum — II+-1 I+ III+-2 — IV+-3 ha c

Примечание: Римские цифры обозначают класс константности (доля сообществ, где встречается вид), арабские цифры — разброс балльных значений покрытия. Использованные сокращения: а — арктический, аа -арктоальпийский, ha — гипоарктический, haa — гипоарктогорный, b — бореальный широтный географический элемент, c — циркумполярный, euaz — евро-азиатский, eu — европейский, euam — евро-американский долготный географический элемент. Синтаксоны: Tri-Fest — Tripleurospermo-Festucetum arenariae, Lois-Diap — Loiseleurio-Diapensietum, Emp-Bet — Empetro-Betuletum nanae, Arct-Emp — Arctostaphylo alpinae-Empetretum hermaphroditi, Ver-Sal — Veratro lobeliani-Salicetum herbaceae, Rub-Car — Rubo chamaemori-Caricetum rariflorae.

В автоморфных позициях ландшафта на побережье Баренцева моря преобладают мохово-лишайниково-кустарничковые сообщества асс. Arctostaphylo alpinae-Empetretum hermaphroditi субасс. typicum и асс. Empetro-Betuletum nanae, а также кустарничково-лишайниковые олигохионные сообщества асс. Loiseleurio-Diapensietum. Мохово-травяные болота асс. Rubo chamaemori-Caricetum rariflorae занимают гидроморфные местообитания. Сообщества первых двух синтаксонов можно рассматривать в качестве зональных, двух последних — в качестве интрастенозональных, распространенных в пределах одной или двух соседних природных зон на специфических субстратах.

К интрастенозональным сообществам относятся также приморские луга асс. Tripleurospermo-Festucetum arenariae, приснеговые сообщества асс. Veratro lobeliani-Salicetum herbaceae, сообщества на почвах с выраженными криогенными явлениями Loiseleurio-Diapensietum субасс. salicetosum nummulariae.

Интраполизональными, проходящими через несколько природных зон, являются сообщества берегового вала асс. Honckenyo diffusae-Elymetum arenarii и приручьевые ивняки и луга — асс. Rumici-Salicetum lapponi и Geranietum sylvatici.

Район побережья Баренцева моря следует относить к субарктическим тундрам на основании преобладания в растительном покрове арктоальпийских и гипоарктических видов, а также по составу растительности плакорных и неплакорных местообитаний. Особенность тундр баренцевоморского побережья в том, что в сообществах плакора не выражен кустарниковый ярус, а также в широком распространении петрофитных кустарничково-лишайниковых сообществ. Это сближает тундры побережья Баренцева моря с горными тундрами Фенноскандии и отражает специфику формирования растительности на моренных отложениях и непосредственно на обнажениях коренных пород.

Автор выражает благодарность бывшим и настоящим сотрудникам Полярно-альпийского ботанического сада-института И.Н. Урбанавичене, Т.А. Дудоревой, О.А. Белкиной, В.А. Бакалину за помощь в определении мохообразных и лишайников, Н. А. Константиновой за ценные советы, сотрудникам ММБИ и начальнику отдела по ГО и ЧС ЗАТО Островной Ю.И. Сорокину за помощь в организации полевых исследований. Статья была завершена при финансовой поддержке программы фундаментальных исследований Президиума РАН «Биоразнообразие и динамика генофондов».

Ahti T., Hämet-Ahti L., Jalas I. Vegetation zones and their sections in northernmost Europe. Ann. Bot. Fenn., v.5, p.169-211, 1968.

Bliss L. Arctic ecosystems of North America. In: Polar and Alpine tundra. Elsevier, Amsterdam, р.551-683, 1997. Brotherus V., Saelan T. Musci Lapponiae Kolaensis. Ann. Soc. Zool. Bot. Fenn., v.6, N 4, 100 p., 1890. CAVM Team. Circumpolar Arctic Vegetation Map. Scale 1:7.500.000. Conservation of Arctic Flora and Fauna

(CAFF) Map N 1. U.S. Fish and Wildlife service, Anchorage, Alaska, 2003. Dahl E. Alpine-subalpine plant communities of South Scandinavia. Phytocoenologia, v.15, N 4, p.455-484, 1987. Daniels F.J.A. Vegetation of the Angmassalik District, Southeast Greenland, IV. Shrub, dwarf shrub and

terricolous lichens. Meddr Gronl, Biosci., N 10, 78 p., 1982. Elvebakk A. Higher phytosociological syntaxa on Svalbard and their use in subdivision of the Arctic.

Nord. J. Bot, N 5, p.273-284, 1985. Fries T.C.E. Botanische Untersuchungen im nördlichsten Sweden. Vetensk. och Praktiska Unders. i Lapland,

Uppsala, Almqvist & Wiksells Boktryckeri-AB, 361 p., 1913. Haapasaari M. The oligotrophic heath vegetation of northern Fennoscandia and its zonation. Acta Bot. Fenn., v.135, 219 p., 1988.

Kalliola R. Pflanzensoziologische Untersuchungen in der alpinen Stufe Finnisch Lapplands. Ann. Bot. Soc.

Zool. Bot. «Vanamo», N 14, s.1-321, 1939. Kihlman A. Pflanzenbiologische Studien aus Russisch Lappland. Acta Soc. Pro Fauna et Flora Fennica, Bd.VI, N 3, s.1-280, 1890.

Koroleva N.E. Phytosociological survey of the tundra vegetation of the Kola Peninsula, Russia. Journ. of

Vegetation Science, N 5, p.803-812, 1994. Nordhagen R. Botaniske jakttagelser I Finnmark 1930-1939. Ekskursjoner pä Mageröya eg Söröya (Summary: Botanical observations in Finnmark 1930-1939. Excursions on Mageröy and Söröy). Ann Bot. Fenn., v.3, p.319-332, 1966.

Polunin N. The real Arctic: Suggestion for its delimitation, subdivision and characterization. J. of Ecol., N 39, p.308-315, 1951.

Regel K. Die Pflanzendecke der Halbinsel Kola. Memories de la faculte des sciences de l’universite de Lithuanie, Tail 2 Lapponia Ponoensis, 1922, Kaunas, Lietuvos Universiteto, 2О6 p., 1923.

Santesson R., Moberg R., Nordin A., Tonsberg T., Vitikainen O. Lichen-forming and lichenicolous fungi of Fennoscandia. Uppsala, Opulis Press, 359 p., 2ОО4.

Thannheiser D. Die Küstenvegetation der arktischen und borealen Zone. Berl. Reinh. Tüxen-Ges. Hannover, Bd.3, s.21-42, 1991.

Tuhkanen S. Delimitation of climatic-phytogeographical regions at the high-latitude area. Nordia, N 2О, p.W5-112, 1986.

Virtanen R., Oksanen L., Razzhivin V. Topographic and regional patterns of tundra heath vegetation from northern Fennoscandia to the Taimyr Peninsula. Ann. Bot. Fennici, v. 167, p.29-83, 1999.

Westhoff V., Maarel E., van der. The Braun-Blanquet approach. Handbook of Vegetation Science, V. Ordination and classification of communities. The Hague, Junk, p.617-626, 1973.

Yurtzev B.A. Floristic division of the Arctic. Journal of Vegetation Science, v.5, N 6, p.765-777, 1994.

Александрова В.Д. Геоботаническое районирование Арктики и Антарктики. Л., Наука, 189 с., 1977.

Александрова В.Д. Принципы зонального деления растительности Арктики. Бот. журн., т.56, с.3-21, 1971.

Бреслина И.П. Растения и водоплавающие птицы морских островов Кольской Субарктики. Л., Наука, 199 с., 1987.

Вальтер Г. Общая геоботаника. М, Мир, с.128-131, 1982.

Вальтер Г., Алехин В.В. Основы ботанической географии. М., Биомедгиз, с.352-37О, 1936.

Вебер Х.Э., Моравец Я., Терийя Ж.-П. Международный кодекс фитосоциологической номенклатуры. Растительность России, № 7, с.3-38, 2ОО5.

Высоцкий Г.Н. Лесные культуры степных опытных лесничеств с 1893 по 19О7. Труды по лесному опытному делу. 1912. Вып. XII. Избранные труды. М., Сельхозгиз, с.1О8-111, 196О.

Геология СССР. Т. XXVll. Мурманская область. Часть 1. Геологическое описание. М., Государственное научно-техническое издательство литературы по геологии и охране недр, с.22-23, 1958.

Городков Б.Н. Растительность Арктики и горных тундр СССР. Растительность СССР. М.-Л., Изд-во АН СССР, с.297-354, 1938.

Городков Б.Н. Растительность тундровой зоны СССР. М.-Л., Изд-во АН СССР, 142 с., 1935.

Игнатов М.С., Афонина О.М. Список мхов территории бывшего СССР. Arctoa, т.1, № 1-2, с.1-87, 1992.

Карта растительности Европейской части СССР. Масштаб 1:2 5ОО ООО. М., Главное Управление геодезии и картографии при Совете Министров СССР, 1975.

Константинова Н.А., Потемкин А.Д., Шляков Р.Н. Список печеночников и антоцеротовых территории бывшего СССР. Arctoa, т.1, № 1-2, с.87-127, 1992.

Королева Н.Е. Безлесные растительные сообщества побережья Восточного Мурмана (Мурманская область). Растительность России, 2ОО6 (в печати).

Королева Н.Е. Обзор растительных сообществ северного побережья Белого моря в устье реки Варзуги (Терский берег, Кольский полуостров). Бот. журн., т.84, № 1О, с.87-94, 1999.

Матвеева Н.В. Зональность в растительном покрове Арктики. СПб., Наука, 22О с., 1998.

Переверзев В.Н. Почвы тундр Северной Фенноскандии. Апатиты, КНЦРАН, с.6О-79, 2ОО1.

Пожиленко В.И., Гавриленко Б.В., Жиров Д.В., Жабин С.В. Геология рудных районов Мурманской области. Апатиты, КНЦ РАН, с.28-76, 158-165, 2ОО2.

Раменская М.Л. Анализ флоры Мурманской области Карелии. Л., Наука, 216 с., 1983.

Цинзерлинг Ю.Д. Материалы по растительности северо-востока Кольского полуострова. М.-Л., изд-во АН СССР, 162 с., 1935.

Черепанов С.К. Сосудистые растения России и сопредельных государств. СПб., Мир и Семья, 99О c., 1995.

Чернов Е.Г. Карта растительности Кольского полуострова в масштабе 1:1 ООО ООО с пояснительным текстом. Дисс. на соиск. уч. ст. канд. биол. наук, Кировск, 274 с., 1956.

Чернов Ю.И. Природная зональность и животный мир суши. М., Наука, 222 с., 1975.

Юрцев Б.А., Толмачев А.И., Ребристая О.В. Флористическое ограничение и разделение Арктики.

Арктическая флористическая область, Л., Наука, с.9-1О4, 1978.

Яковлев Б.А. Климат Мурманской области. Мурманск, Мурм. книжное издательство, 18О с., 1961.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *