Как сейчас выглядит новый орлеан
Перейти к содержимому

Как сейчас выглядит новый орлеан

  • автор:

Новый Орлеан: тогда и сейчас

В августе 2005 года печально известный ураган Катарина пронесся по территории штата Луизиана и нанес серьезные разрушения в столице штата – городе Новый Орлеан. С тех пор прошло долгих пять лет. За это время многие дома были снесены, а город уже вернулся к нормальной жизни. Хотя нормальной ее можно назвать лишь отчасти: ведь именно в Новом Орлеане был зафиксирован самый высокий уровень преступности в США. Согласно официальной статистике в городе проживает всего двести пятьдесят тысяч человек. А в 2007 году в этом городе было совершено более 119 тысяч тяжких преступлений, из которых двести девять – убийства.

В этой подборке собраны снимки сделанные сразу после Катарины и в этом году.

Фотография: Новый Орлеан: тогда и сейчас №1 - BigPicture.ru

Фотография: Новый Орлеан: тогда и сейчас №2 - BigPicture.ru

1. 31 августа 2005 года: двое мужчин гребут на мосту Нового Орлеана. (Mario Tama/Getty Images)

Фотография: Новый Орлеан: тогда и сейчас №3 - BigPicture.ru

2. Ранее в этом месяце тот же самый мост был открыт для проезда. (Chris Graythen/Getty Images for The Wall Street Journal)

Фотография: Новый Орлеан: тогда и сейчас №4 - BigPicture.ru

3. 12 октября 2005 года: Регги Синглтон сбрасывает в кучу камни и прочий мусор, расчищая собственный дом в районе Lower Ninth Ward. (Chris Graythen/Getty Images)

Фотография: Новый Орлеан: тогда и сейчас №5 - BigPicture.ru

4. К концу августа этого года некоторые дома в этом районе все еще стоят, в то время как другие были снесены. (Chris Graythen/Getty Images for The Wall Street Journal)

Фотография: Новый Орлеан: тогда и сейчас №6 - BigPicture.ru

5. 30 августа 2005 года: Затопленная улица Канал Стрит в центре Нового Орлеана. (Chris Graythen/Getty Images)

Фотография: Новый Орлеан: тогда и сейчас №7 - BigPicture.ru

6. Снимок, сделанный в августе этого года: Канал Стрит привели в порядок и открыли для всех желающих. (Chris Graythen/Getty Images for The Wall Street Journal)

Фотография: Новый Орлеан: тогда и сейчас №8 - BigPicture.ru

7. 21 ноября 2005 года: Зади Смит решила передохнуть, убирая в доме на улице 1429 Эгания в районе Lower Ninth Ward. Мисс Смит сказала, что не может позволить себе нанять рабочих, чтобы они помогли ей убрать дом, так что она решила сделать это сама. (Mario Tama/Getty Images)

Фотография: Новый Орлеан: тогда и сейчас №9 - BigPicture.ru

8. К концу августа этого года этот дом, как и многие другие, был снесен. (Chris Graythen/Getty Images for The Wall Street Journal)

Фотография: Новый Орлеан: тогда и сейчас №10 - BigPicture.ru

9. 7 сентября 2005 года: спасатели смотрят, как жители плывут в лодке по затопленной улице в городском округе Гарден. (Mario Tama/Getty Images)

Фотография: Новый Орлеан: тогда и сейчас №11 - BigPicture.ru

10. Сегодня дома, когда-то окруженные водой, в полном порядке, а там, где когда-то не было машин, теперь серьезные пробки. (Chris Graythen/Getty Images for The Wall Street Journal)

А вы знали, что у нас есть Telegram?

Подписывайтесь, если вы ценитель красивых фото и интересных историй!

Как затопленный на 80% Новый Орлеан восстанавливался после урагана «Катрина»

Новый Орлеан 3 сентября 2005 года, через пять дней после того, как ураган «Катрина» обрушился на юго-восточное побережье США. (Фото Dina Rudick / The Boston Globe via Getty Images)

С момента «Катрины» прошло 17 лет, и все еще нельзя сказать, что Новый Орлеан полностью восстановился. В первые годы после наводнения население города сократилось вдвое — с 500 000 до 230 000 жителей — а его восстановление обошлось в сотни миллирадов долларов

Разрушение Каховской ГЭС в начале июня привело к сильному наводнению. Уровень воды поднялся в некоторых местах почти на 10 м, поток уносил автомобили и целиком дома. Интернет облетели ролики с плывущей по улицам бытовой техникой и диванами. Оценить последствия прорыва плотины для экологии и экономики еще только предстоит, но можно проанализировать мировой опыт борьбы с последствиями наводнений. По оценкам некоммерческой ассоциации Flood Defenders (США), с 1980 года американский бюджет потратил на восстановление после наводнений $1 трлн. В $125 млрд обошлось восстановление ушедшего под воду на 80% Нового Орлеана (штат Луизиана), пострадавшего от урагана «Катрина» в августе 2005 года.

Материал по теме

Первый этап. До стихийного бедствия

Расположенный в низине Новый Орлеан, казалось, был готов к ударам стихии. Корпус инженеров Армии США, существующий с 1775 года, возвел в XX веке систему каналов и дамб, которая должна была предотвратить затопление города.

Впоследствии выяснилось, что при строительстве дамб использовался песок, а не глина, а песок легко вымывается водой. Кроме того, некоторые дамбы просели. В результате 29 августа 2005 года вода проломила защитные сооружения в 28 местах, еще 50 разрушенных участков появилось на следующие сутки. И 80% территории города оказалось под водой, причем в некоторых районах ее высота достигала 4 м.

Как город готовился к урагану? За двое суток до прихода «Катрины» власти объявили эвакуацию, сначала добровольную, а потом и принудительную. Порядка 80% населения успело уехать в безопасное место. Остались те, кто не услышал предупреждения или не имел транспорта. Многие остались просто потому, что ураган пришел в конце месяца, до выплаты зарплат, и у людей не было возможности уехать.

Материал по теме

Второй этап. Во время наводнения

Когда стало ясно, что город затоплен, власти развернули сеть точек, откуда людей забирали и доставляли в основное место укрытия, на стадион «Супердоум». Туда вместилось 25 000 человек. На стадионе раздавали еду и воду, но нельзя сказать, чтобы все работало как часы. На вход выстраивались длинные очереди. Шесть человек погибли, были случаи сексуального насилия. Электричество отключили, в некоторых больницах вода залила и помещения с аварийными дизель-генераторами. Связь не работала, интернет пропал. Редакции газет и телеканалов эвакуировались, в эфире был только один телеканал. Люди переговаривались, используя радиостанции.

Эдвард Блейкли, почетный профессор Университета Сиднея, в 2007–2009 годах принимал участие в восстановительных работах в Новом Орлеане. В своей статье в сборнике «Восстановление городов после стихийных бедствий» он пишет, как важна была самоорганизация и помощь волонтеров. В другой статье этого сборника сказано, что, когда в 1995 году из-за аномальной жары в Чикаго погибли 739 человек, в тех районах, где соседи ходили по домам и навещали друг друга, смертность была значительно ниже, чем в более разобщенных, — почти на том же уровне, как в богатых районах с кондиционерами.

Этап третий. После катастрофы

5 сентября власти разрешили желающим вернуться в город и оценить ущерб. Больше половины пострадавших домов не было застраховано. С момента «Катрины» прошло 17 лет, и все еще нельзя сказать, что Новый Орлеан полностью восстановился. Например, так и не заработал огромный развлекательный тематический парк «Шесть флагов». Владельцы парка долго судились со страховыми компаниями из-за размера возмещения. В последние годы площадка с аттракционами использовалась для съемок кино.

Профессор Блейкли уверен, что, несмотря на ностальгию, категорически не нужно восстанавливать все «как было». Катастрофу нужно использовать для строительства более современных, безопасных объектов. Тот же Новый Орлеан до катастрофы жил за счет туризма и судостроения. Но потом на месте разрушенных домов центра построили крупный медицинский комплекс. Это привлекло в город более высокооплачиваемых специалистов и приезжих. В первые годы после наводнения население города сократилось вдвое: с 500 000 до 230 000 жителей. Потом население стало прирастать, но уровень 2005 года до сих пор не достигнут.

Новый Орлеан: почему с Французского квартала всем городам нужно брать пример?

Привет, друзья! По ряду объективных причин продолжение рассказа получается долгим, а сами статьи длинными .Напишите, пожалуйста, удобно ли такое вообще читать, или надо просто делать короткие посты с фотографиями и не заморачиваться с описанием?

Сегодня будет большой пост про очень крутой Новый Орлеан. В этой части рассказа самый знаковый район города — Французские кварталы. Есть ещё не менее крутые Английские кварталы, но о них в другой раз.

Сегодня в Новом Орлеане живет почти 400 тысяч человек, и это самый густонаселенный город Луизианы. Новый Орлеан, пожалуй, самый неамериканский американский город. Вообще, когда говорят о “Новом Орлеане”, часто в первую очередь имеют в виду исторический “Французский квартал”, крутейший джаз, креольскую морскую кухню и ураган Катрина, который тут всё порушил. Хотя, конечно, об урагане сейчас уже почти ничего не напоминает.

Мы приехали в город после плантации Дестрехан в атмосфере полнейшего тропического ливня. Покрутив несколько неспешных кругов по историческому кварталу и поняв, что припарковаться там нереально вообще никогда, мы нашли многоуровневый паркинг на границе с современным районом. Крытые парковки американцы делают грамотно —как правило, с первого взгляда снаружи даже не поймёшь что это парковка — въезд на рампу и выход в город могут находиться совсем в разных местах, а сами здания блокированы, например, с офисами или гостиницами и выходят на улицу единым фасадным фронтом.

Я уже писал в прошлый раз, что Новый Орлеан был основан как столица французской колонии. Отсюда собственно и название района. Вот так он выглядит на старинных картах:

Про историю города в этот раз много писать не буду. Новый Орлеан всегда был и остаётся одним из важнейших городов на Юге Соединенных Штатов. Впрочем, город регулярно страдает от всяческих природных катаклизмов. Вот фото одного из крупнейших наводнений после урагана Бэтси 10 сентября 1965 года. Скорость ветра тогда достигала 230 км/ч! Было затоплено около 16 000 домов.

Но самым разрушительным здесь считается недавний ураган Катрина, обрушившийся на Новый Орлеан в 2005 году.

Ураганы в Атлантике образуются регулярно. 27 августа 2005 года свежий и бодрый ураган двинулся от Флориды в сторону Луизианы. По всему штату объявлена добровольная эвакуация. Уже 28 августа Катрина набрала силу в Мексиканском заливе и превратилась в мощнейший ураган. Была объявлена полная эвакуация населения. Довольно быстро удалось вывезти около 1 миллиона человек, но при этом в городе всё ещё оставались порядка 600 тысяч людей.

Ситуация ухудшилась после прорыва дамбы на четырех городских каналах. Часть людей смогла укрыться на главном городском стадионе, расположенном на возвышенности, однако ураган сильно повредил его крышу и возникла угроза обрушения конструкций.

Основная часть людей, которые не смогли уехать не имели для этого средств или посчитали свои дома надёжным укрытием. Многие люди спасались на крышах, но оставались без воды и еды.

Только официально погибшими во время урагана Катрина считаются 1836 человек.

Даже спустя 15 лет последствия урагана всё ещё ощущаются. Мы, например, не смогли найти ни одного почтового ящика в городе. После урагана почта отказалась устанавливать новые ящики по всему штату. Теперь отправить и получить корреспонденцию можно только в почтовых отделениях.

В Новом Орлеане очень здорово отмечают названия улиц на перекрёстках вот такой плиткой. Странно, но мы нигде не нашли сувениров с этой темой. Кто-то уже должен взять эту идею и воплотить!)

Традиционная для больших американских городов проблема складирования мусора прямо на улице актуальна и для Нового Орлеана. В центральной части правда это обретает некоторые “цивилизованные формы”, то есть мусор не разлетается по всей округе, а аккуратно сложен в мешки.

Очень красивая пожарная машина. Все пожарные части в Америке стоят с открытыми воротами, машины всегда готовы отправиться на вызов.

Пока экипаж гуляет под нашим единственным зонтом из нью-йоркского музея Гуггенхайма, я гуляю без зонта.)) К вечеру дождь изрядно меня утомил, и мы на почте купили ещё один зонт — с картой Нового Орлеана, само собой!

Я уже писал, что американцы сильно заранее готовятся к Хэллоуину — тыквы и всякие украшения разной степени наивности нам начали встречаться ещё в Нью-Йорке, но ново-орлеанцы тут однозначно всех превзошли! Такого отчаянного и творческого подхода мы больше не встретили нигде.)

Ещё во французском квартале повсюду можно встретить от такие пластмассовые бусы — раз в год здесь проходит главный городской карнавал Марди Гра и во время него бусы выполняют роль своеобразной валюты. Не знаю причем тут бусы, но сам праздник уходит корнями в языческое прошлое — вот тут есть описание карнавала и несколько фото, если кому-то интересно.

Путешественники.ru — Карнавал Марди Гра в Новом Орлеане (New Orleans Mardi Gras)

Название: Карнавал Марди Гра в Новом Орлеане (New Orleans Mardi Gras). Место проведения: Новый Орлеан, США. Время…

Ну а нам в первую очередь интересен формат и масштаб улиц французского квартала. Для больших домов в центральной части тут характерны широкие галерейные металлические балконы. Эти самые балконы полностью перекрывают тротуар и позволяют организовать удобный торговый фронт улицы. Особенно логичным это планировочное решение выглядело под проливным дождём!

Отдельная история про небольшие дома. Пожалуй, это главная тема Нового Орлеана и это очень похоже на исторические кварталы Самары. Правда пока кажется, что Катрина прошла именно в Самаре.

Масштаб застройки практически идентичный. К Чемпионату мира по футболу в 2018 году многие самарские дома лубочно подшаманили и они ещё некоторое время будут выглядеть вполне прилично. Но в качестве отношения к историческим домам нам до Нового Орлеана ещё очень далеко.

Джентрификация пришла в Новый Орлеан довольно рано, за десятилетия до появления этого термина. Всем же известно, что настоящий подъём городских районов происходит там, где начинает селиться творческая элита? Так произошло и здесь. Первая волна “новой жизни” во Французский квартал пришла в 1920–1930-е годах, когда писатели, художники и музыканты стали селиться в этом районе, привлекаемые низкой стоимостью жилья, средиземноморским климатом, хорошей едой и бухлишком, несмотря на сухой закон. В это время произошла первоначальная реставрация квартала. После Второй мировой войны в район устремились более богатые и образованные жители, которые окончательно вытеснили сицилийских работяг и чернокожих креольских аборигенов.

Французский квартал окончательно сформировался как процветающий исторический район и визитная карточка Нового Орлеана к 1970-м годам. Вплоть до Катрины в 2005-м году район активно развивался и заряжал городской энергией соседние районы, несмотря на общую убыль населения региона.

Этот ряд фотографий наглядно показывает как устроены правила парковки в историческом квартале: машину можно свободно парковать только в пределах фасада своего дома. Маленький дом — маленькая машина. Впрочем, на Смартах тут ездит даже полиция.

Ещё одна ассоциация с Самарой — дворовые пространства. Это практически такие же замкнутые планировочные структуры, где в каждом дворе свой самобытный мир. Мы зашли в один из них — это был двор дорого отеля, но большинство дворов — это те же жилые дома, что и у нас. Могли бы мы сделать также в Самаре?

Если кому-то будет интересно, ниже по ссылке статья про исследование джентрификации Нового Орлеана. Там довольно активная дискуссия по этому поводу в комментариях:

Gentrification and its Discontents: Notes from New Orleans

Readers of this forum have probably heard rumors of gentrification in post-Katrina New Orleans. Residential shifts…

Следующие две фотографии — скорее про нетипичную застройку для Французского квартала: дом с палисадником и псевдостаринный бар.

Весь район можно неспешно обойти за пару часов и пройти насквозь минут за пятнадцать. Всё так же шел дождь. Мы дошли до французкой площади, рядом с которой в галерее полупустого кафе музыканты играли отличный джаз.

Впрочем, центральные улицы Французского квартала в отсутствие лютых толп туристов оказалось изучать гораздо удобнее. На следующий день тут было уже не протолкнуться.

Постепенно вышли на берег Миссисипи и посмотрели на большие корабли и портовую жизнь. Как таковой набережной здесь нет. Довольно странно, тут как и в Ганнибале Миссисипи отделяет от города железная дорога. Правда здесь она не такая активная.

На набережной Миссисипи можно встретить настоящие колёсные пароходы времён Марка Твена. Этот, кончено уже современный, катает туристов, но в кормовой части у него самое настоящее водяное колесо.

Промокнув в очередной раз, решили попробовать местную креольскую морскую кухню, благо ресторанов в этом районе достаточно много. Само наличие моря и свежих морепродуктов к тому располагало. Ира заказала знаменитые жареные зеленые помидоры (есть такой фильм по роману Фэнни Флэгг), я, кажется, заказал что-то вроде супа с креветками, а Ева решила заказать Po-Boy (По-Бой) — так назыаются местные самобытные бургеры (вытянутые, их режут пополам).

Тут же в ресторане решили, что надо остаться в Новом Орлеане ещё на один день, потому что негоже смотреть город только наполовину из-за какого-то там дождя. Кемпинг в этот раз уже не рассматривали — погода к палатке никак не располагала, потому там же забронили недорогой отель в букинге (потом я об этом пожалел).

До самой темноты мы продолжали бродить по улицам. Тут можно встретить самые разнообразные магазины: бутики и галереи с очень крутым и дорогим искусством, или вот, например, магазин турецких фонариков — мы себе привезли такой из Анталии.

Без труда нашли свою машину в паркинге и уже в ночи отправились на поиск забронированного отеля. Что оказалось тем ещё квестом! Первая ошибка- никогда не нужно вестись на красивые фотографии в букинге и надпись типа “новый отель после ремонта”. По факту нам достался бывший отель сети Quality Inn который сменил владельца, но не ремонт и лишился вывески, поэтому мы нарезли круги по хайвею и сначала принимали этот отель за офисный блок. В общем, грязные номера дешевых американских отелей — то ещё “удовольствие”. В нашем ещё, похоже, кто-то курил до нас и совсем не сигареты, а в коридоре валялись трупики пятисантиметровых тараканов. Мой экипаж этого не видел, ну и хорошо. И это ещё один ответ, почему в кемпинге и палатке ночевать гораздо приятней. Зато посмотрели “Тайную жизнь домашних животных” в оригинале по ТВ.)

Наутро оправившись от отельных потрясений, позавтракали в классическом черном дорожном Маке, и вернулись во Французский квартал на ту же проверенную парковку, чтобы в первую очередь посетить музей Джаза.

«Все было смыто»: Новый Орлеан спустя 15 лет после урагана «Катрина»

15 лет назад, 29 августа 2005 года, произошел самый разрушительный ураган в истории США – «Катрина». Погибло более 1800 человек, а также был полностью смыт наводнением один из районов Нового Орлеана – Lower 9th Ward (9-й Нижний), населенный преимущественно афроамериканцами. Впервые оказавшись в США в 2019 году, российский фотограф Ксения Иванова решила поговорить с потерявшими своих родных, дома и имущество жителями района и сделать их портреты

Ксения Иванова

Знаменитая «родина джаза» – город Новый Орлеан – был основан французскими колонизаторами в начале XVIII века на месте рыбацкой деревни коренных американцев. Первые корабли с африканскими рабами прибыли сюда в 1719 году, и вплоть до Гражданской войны город был одним из ведущих рынков страны по покупке и продаже людей. Исторически белое население в основном селилось вдоль реки и на возвышенностях, а афроамериканское оседало в нижних районах города, менее защищенных от наводнений. Таким же был и 9-й Нижний район, до сих пор имеющий самое уязвимое месторасположение: с южной стороны его огибает река Миссисипи, с севера он граничит с заболоченным рукавом реки, с запада – с Индустриальным каналом.

Когда же 29 августа 2005 года ураган обрушился на первые дамбы города, это привело к уничтожающему все на своем пути наводнению в 9-м Нижнем районе и гибели более половины жертв в результате утопления. Слабый уровень подготовки защитных сооружений, ошибки властей при эвакуации жителей, превышение полицейскими своих полномочий к афроамериканцам, а также расистское освещение беспорядков в некоторых американских СМИ сделают 29 августа 2005 года днем не природной, а человеческой катастрофы. С новой силой будет поставлен вопрос о расовом неравенстве в американском обществе. Рональд Эйерман, социолог Йельского университета и автор книги 2015 года Is This America? Katrina as Cultural Trauma («Это ли Америка? “Катрина” как культурная травма») подробно рассматривает эту проблему, а также цитирует исследование, показывающее, как «Катрина» заложила основу для того, что станет движением Black Lives Matter.

Из-за несправедливо маленьких компенсаций на восстановление жилья множество жителей 9-го Нижнего района не смогло вернуться отстраивать свои дома. Если до 2005 года в нем проживало 15 тысяч человек, то в 2010 году только 2800. Я поговорила с жителями района, фокусируясь на вопросах памяти и жизненных ценностях: что для вас значит дом? Какое ваше самое любимое воспоминание из детства из этого района? Какую бы одну вещь вы взяли из дома, зная, что покидаете его навсегда?

Район после урагана «Катрина» в 2005 году. Фото из архива баптистской церкви Greater Little Zion

Бетонное ограждение вдоль Индустриального канала, построенное для защиты района от наводнения

Американский флаг во дворе дома

Мост над Индустриальным каналом, соединяющий 9-й Нижний район с Новым Орлеаном

Заброшенная школа Холи-Кросс

Роберт Грин, 62 года, житель 9-го Нижнего района с 1967 года (справа на фото – восстановленный дом Грина в 9-м Нижнем районе):

– Мы пытались с семьей эвакуироваться отсюда за день до урагана. В 10:00 утра 28 августа мы выехали во временное убежище футбольного стадиона «Супердоум», но когда выбрались на дорогу, попали в мертво стоящую пробку. Поэтому мы развернулись и поехали обратно домой. У нас не было выбора. На следующий день в понедельник мы проснулись в четыре утра от того, что вода стала быстро заполнять пол. В 4:30 мы были уже на крыше дома. Напротив был парень, который застрял на дерева, а соседи рядом также пытались забраться на крышу. В пять утра до нас дошел основной ураган, и мы оказались заперты на крыше дома всемером: мои три внучки, моя мама, мой кузен, брат и я. Моя внучка, Шанаи Грин, утонула, а моя пожилая мама, Джойс Грин, не смогла удержаться и упала с крыши… Нас осталось пятеро. Около 140 людей погибло тогда в 9-м Нижнем районе.

Поскольку моя мама работала в военно-воздушных силах США и служила своей стране, то на ее похоронах по традиции был флаг. В каком-то смысле она принесла себя в жертву своей стране, своему народу. Не каждый человек удостаивается этого знака уважения и признания от страны, поэтому это самая ценная вещь для меня.

Отвечая на вопрос, почему я здесь остался жить, могу сказать, что – это мой дом. Дом для меня – это место, где я вырос, которое я знаю, где была моя первая любовь, места, с которым меня связывает память. Я не смогу быть счастливым где-то еще. Это самое безопасное место, которое я знаю. Да, это может звучать парадоксально, но если я перееду в центр США в Айову, то там также может быть затоплено, если перееду в Колорадо или Каролину, то и там тоже может быть затоплено, если я перееду в Калифорнию или Техас, то я столкнусь с пожарами, если в Канзас – то это торнадо, а в Лас-Вегасе меня могут застрелить прямо на улице. Нету безопасного места, везде есть природа и люди.

Витражные картины внутри дома мистера Грина с «иконным» изображением его матери с внучкой и музыкантами

Леона Тейт – директор Музея 9-го Нижнего района, юрист и гражданский активист

Была одной из четырех афроамериканских девочек 9-го Нижнего района, которые 14 ноября 1960 года пошли в «белую» начальную школу под охраной маршалов. Это был первый широко освещаемый СМИ случай десегрегации в школе штата Луизиана. В музее посетителям рассказывается об уникальности культуры Нового Орлеана и 9–го Нижнего района, об истории расового неравенства, урагане «Катрина» и поднятых им социальных проблемах.

– Я потеряла все из-за «Катрины». У меня не осталось ни одной фотографии из моего детства, ни фотографии моей мамы, ни папы. Все было смыто. Я надеюсь, что никто не увидит свой город таким, каким увидели мы, когда вернулись в свои дома после «Катрины». Это был хаос. Я не пожелаю никому пройти через наводнение. Это было как… ты не видел кошек и собак, не видел летающих птиц. Все было одного цвета. Все было грязное, хаос был повсюду.

К сожалению, история сейчас эксплуатируется самыми разными способами. Моя цель как директора музея состоит в том, чтобы говорить правду. Те люди, которые приходят в этот музей, говорят: «Мы не видели этого по телевизору, мы ничего не знали про это». Люди хотят вернуться, они не верят тому, что слышат в новостных медиа, потому что там не всегда говорят правильные вещи.

Фото Нового Орлеана после урагана «Катрина» из архива баптистской церкви Greater Little Zion

Один из сотен пустых участков в 9-м Нижнем районе

Генри Ирвин, 84 года, житель 9-го Нижнего района с 1949 года

– Я прожил в этом районе 71 год. Все здесь помогали друг другу, помогали заботиться о детях. Это были близкие отношения между людьми, каждый из которых знал друг друга. После «Катрины» все стало другим. Размер компенсаций за разрушенные дома не позволяет жителям отстроить их заново. Если ты пожилой человек и у тебя нет машины, ты не сможешь дойти до ближайшего магазина и купить себе еду. Магазина рядом нету. Нету медицины. Сейчас у нас только две школы на весь округ, до «Катрины» было восемь. И много других вещей, которых до сих пор нет. Если ты переезжаешь мост, то у тебя есть все это.

Но несмотря на это, если бы у меня был выбор жить в Белом доме, там, где Трамп, или в Новом Орлеане, то я бы выбрал Новый Орлеан. Его уникальность заключается для меня в возможности знать людей, которые живут рядом с тобой, в лицо. Для меня важны связи между людьми, вот что для меня значит дом.

Если бы я мог взять только одну вещь из дома, то я взял бы фотографии моей семьи – я потерял их всех. Особенно те семейные фотоальбомы из 1950-х. Мне особенно жалко тех снимков, где я маленький сижу со своей семьей напротив нашего дома: мама, папа, мои братья и сестры со мной, мои кузены. Никто не сохранил негативы. Они были в единственном экземпляре.

Один из сотен пустых участков в 9-м Нижнем районе

Майкл Ирвин (внук Генри Ирвина), 35 лет

– Когда мне было 6–7 лет, на выходные ко мне в 9-й Нижний район с сестрами приехали все мои кузены, и это было время, когда можно было наконец-то собраться всем вместе после долгих телефонных разговоров. Мы просто гуляли по району вместе, попадали в неприятности. Все вокруг знали нас, и знали, что я внук своего дедушки Генри Ирвина, поэтому тяжело было спрятаться от взрослых и найти себе неприятности.

Тогда мы любили фильмы про Индиану Джонса, особенно «В поисках утраченного ковчега». Поэтому мы собирали упавшие ветки деревьев, обматывали их тканью и макали в бензин. Потом мы их поджигали как факелы и играли в Индиану Джонса, будто бегали по пещерам. Так что мы любили повторять то, что видели в кино. Я чувствовал себя очень счастливым, юным, свободным.

Мы потеряли много фотографий в ураган «Катрина». Если бы я мог, то я бы взял их, эти важные моменты жизни, запечатленные во времени. На самом любимом снимке я был еще 5-месячным младенцем. На мне был надет матросский костюмчик. Я ползал на кровати моей бабушки, она сидела рядом со мной и улыбалась. Моя бабушка дала мне этот кулон на цепочке, там написано мое имя. Эта фотография – мое самое дорогое воспоминание.

Один из сотен пустых участков в 9-м Нижнем районе

Перси Пью, 80 лет, житель 9-го Нижнего района с 1966 года

– С самого детства я любил драться. Дрался на улицах моего района. Когда мне было 15 лет, мой учитель английского привел меня в спортзал и сказал, что если я хочу заниматься этим серьезно, то мне нужно тренироваться. Вскоре я стал высококлассным боксером в полусреднем весе.

Поэтому из всех фотографий я хотел бы иметь ту, где был мой бой в конце 1960-х с Джерри Пеллегрини – здесь, в Новом Орлеане. Мы оба тогда пытались прорваться на титульный бой против чемпиона мира Кертиса Кокса. Мы дружили с Джерри еще до встречи на ринге, он был таким плохишом, ух! Он начал заниматься боксом в 16 лет, за год до того, как стал подрабатывать парикмахером. Поэтому его звали «боксером-парикмахером». По утрам я выходил на пробежку и бегал до Канал-стрит, иногда мы пересекались с Пеллегрини и по пути давали друг другу «пять».

Драться с другом – непросто. Когда ты вступаешь в бой с близким человеком, то не пытаешься убить его. Ты просто пытаешься победить. В этом первом бое я боялся, что он ударит меня так, что отправит в нокаут. Но я выдержал и победил. Для меня это был лучший бой: Джерри был хорошим бойцом и тем еще плохишом!

Заброшенный дом в 9-м Нижнем районе

Заброшенная церковь в 9-м Нижнем районе

Лили Колтон, медсестра, с сыном Бурнеллом

– В 1965 году я пережила здесь ураган «Бетси», так что я знала, чего ожидать от «Катрины». Он должен был быть хуже, чем все ураганы до этого. А мои сыновья Кевин и Бурнелл не знали. Когда за два дня объявили об эвакуации, я начала звонить сыновьям, и они сперва игнорировали мои звонки. Потом уже, когда услышали мой жесткий голос в трубке, поняли, что все серьезно. Тогда Бурнелл меня забрал, мы эвакуировались в убежище «Супердоум».

Спустя три года я решила вернуться домой. Несмотря на то, что первый год мне нужно было жить в трейлере. Несмотря на то, что мои близкие и другие люди говорили: почему ты хочешь вернуться туда, где постоянно происходят наводнения? Туда, где грязно, где такая высокая преступность и так далее. Я на это не смотрела. Самое важное для меня было – дом. Дом – это место, где я чувствую себя хорошо, где я знаю людей и где есть особая атмосфера. А атмосфера – это близкие отношения между людьми.

Мне было 12–14 лет, когда мне было впервые разрешено пойти на школьные танцы в соседний район. Мама сказала мне быть дома в 11 часов. Если моя мама сказала мне быть в определенном месте в определенное время, то самым разумным было сделать именно так, как она сказала. Поэтому мы пошли обратно домой, но на путях через нашу дорогу стоял поезд. В то время поезда могли там стоять часами. И поэтому надо было перелезать через вагоны. И спрыгивать. На мне было милое белое платье, которое сшила мама. Но надо было успеть, и я полезла и прыгала с вагона. Мама так и не узнала об этом.

Бурнелл Колтон, хозяин единственного магазина продуктов в 9-м Нижнем районе:

— Когда я забрал маму, нам потребовалось почти 24 часа, чтобы добраться до моста над рекой, потому что все были на шоссе и была одна большая пробка. Когда мы добрались до «Супердоума», там было уже много-много людей, было очень жарко. Люди собрались вокруг маленького телевизора, и мы увидели, что все наши дома сметены. Все плакали. Многие мои друзья там умерли. Потому что, если вы не были достаточно сильны, чтобы проделать дыру в крыше, вы тонули в собственном доме. Некоторые люди проделали дыру в крыше, но не смогли выбраться оттуда, поэтому умерли от жары. Каждую ночь в убежище мама плакала, мы не знали, жив или мертв мой брат Кевин, потому что он не пошел с нами. Потом он сумел дозвониться до нас.

«Катрина» все забрала. Мы потеряли все. На мне были шорты и штаны, и ничего больше. Если бы я мог забрать одну вещь, я бы забрал фотографии. Потому что очень важно иметь фотографию, на которую можно вживую смотреть. Как сегодня мы можем просто вытащить наши телефоны. Но тогда у нас не было телефонов. Я знаю, как выглядели мой дед или бабушка, но я бы хотел смотреть на эти снимки.

Дом – это мир, дом в безопасности. Вы знаете, когда вы можете сказать, что это то место, где я могу заснуть, чувствовать себя комфортно и расслабиться. И никаких проблем, никаких забот. И это мой дом, и это весь 9-й район. В армии я объездил всю Европу. Я был в Испании, я был в Англии, Чехии, Польше, Швейцарии, я был везде. Но дом – 9-й Нижний. Я здесь в безопасности, я здесь вырос, мне здесь комфортно.

9-й Нижний район

Кевин Льюис, сын Лили Колтон и брат Бурнелла

– Когда было предупреждение о «Катрине», я решил остаться дома в соседнем 7-м районе, там было повыше. Когда пришла «Катрина», я оказался заперт на чердаке. Первые дни не было ни света, ни воды, ни полиции, ничего. Несколько дней без еды. Чтобы спастись, я плыл по воде, где-то плавали трупы… Сейчас мы с братом шутим, что надо было послушаться маму и ехать с ними.

Новый Орлеан – это дом для меня. Я люблю его хорошим и плохим. Дом для меня – это люди, которые здесь живут. Важное слово для меня здесь – «единство», потому что мы заботимся друг о друге. Если ты видишь пожилого человека, то твоя обязанность – помочь ему. Если рядом с твоим домом играют дети, ты присматриваешь за ними. Если ты видишь женщину, у нее есть дети и у нее какая-то проблема, ты обязан помочь ей. Если она приходит в наш магазин купить еды для детей, то я как совладелец магазина отвечаю за то, что у нее будет еда для своих детей. Это и есть единство и способ видеть окружающий мир, это то, кто мы есть.

У меня больше нет ни одной фотографии с папой, все было смыто. Это одна из самых важных фотографий для меня. На снимке мне 2–3 года, я был совсем маленьким мальчиком, а моему папе было около 50 лет. Я стоял в футболке и джинсах и, задрав голову, смотрел на отца. А он, чуть наклонившись, на меня. На его лице была улыбка, он мне улыбался. Он был «добрым великаном».

Дженнифер Конерли, 40 лет

– В 1965 году здесь был ураган «Бетси», потом ураган «Катрина». Моя прабабушка была здесь, в 9-м Нижнем районе, и пережила ураган «Бетси». Моя прабабушка была домохозяйкой, ее родителей я не знаю, но она родилась рядом с Миссисипи в семье издольщиков (земледелец, платящий за аренду земли долей урожая) или фермерских рабов, точно не помню. Получается, что я житель этого района в четвертом поколении своей семьи и живу здесь всю свою жизнь.

В 1990-х в обычных школах было много наркотиков, действовали банды. Моя мама сказала, что я туда не пойду. Поэтому я закончила престижную «черную» католическую школу. Но если бы была возможность, то перед ураганом я бы взяла мой диплом об окончании университета. Это было мое признание для самой себя, это было мое достижение. Для меня, «черной» и к тому же женщины.

Из-за «Катрины» я потеряла все снимки из своего детства. Если описывать только одну из всех потерянных фотографий, я бы выбрала тот снимок, где меня сфотографировали в день окончания начальной школы. Я стояла рядом со своей школой с мамой и учительницей мисс Литтлтон Джонсон, мне было 11 лет. Мисс Литтлтон была для меня примером: она была такой образованной, утонченной и одновременно такой настоящей. Она очень вдохновляла меня и фактически была мне как вторая мама. Когда с моей мамой случился инсульт, мы жили с сестрой в доме мисс Литтлтон. Это было горизонтальное фото, я была в белом платье, и у меня были длинные волосы. Папа говорил, что у меня должны быть волосы натуральные, как у меня сейчас, прямые. Но моя мама сказала: «Нет, Джен, у тебя должна быть завивка, чтобы они были длинные и лежали волнами». Это был хороший день.

Район после урагана «Катрина» в 2005 году, фото из архива баптистской церкви Greater Little Zion

Другие фотоистории на тему:

Частное визуальное свидетельство. 4 июня 1989 года недалеко от Уфы произошла крупнейшая в истории СССР катастрофа на железной дороге

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *